— А вы не в курсе, что там в деревне вообще произошло? А то нам ничего не говорят.
— А странное там произошло, — нахмурилась бабулька. — У меня там сестра живёт, позвонила, рассказала. Дом у них на околице из ниоткуда появился. Ну как дом… землянка скорее. Наши-то туда заходить не стали, но говорят, там вокруг этой землянки мухи тучей вьются. Понятно, куда надо сообщили. Ваши там с утра уже, одеты как космонавты, из землянки той кого-то выносили, но носилки закрытые такие, как гроб на ручках, только оранжевый.
Не взыщите, за что у сестры купила, за то и продаю. А вот она-то своими глазами видала. Близко никого не пускают, понаехали машины с мигалками. Вроде как говорили, что окрестности прочёсывать будут. Ищут кого-то, какой-то резервуар. Ну, бывайте.
— А банка? — я посмотрел на подарочек.
— Мы сейчас в город, а вот обратно поедем — так заберём. Ну или можете тут рядом донести, аккурат за вами, в ста метрах, картофельное поле, там сарайка небольшая, мы там инструменты храним, чтоб из дома не таскать.
Бабка щебетала и щебетала, а я уже присмотрелся к запотевшей банке и понял, что внутри. И при всей благодарности этим добрым людям, больше всего хотелось, чтобы они уже поскорее уехали.
— Ой, чего ж это я! Держите! — она подала через окошко ещё бумажный свёрток.
— Спасибо вам большое! — Майя приняла этот свёрток.
— Спасибо! — повторил я за ней.
Бабка с дедкой кивнули и уехали.
— Это здесь традиция такая, солдатиков кормить? — спросил я.
— Ты её видел? — Майя хмыкнула.
— Не удивлюсь, если она она ещё во время войны партизан подкармливала.
— Это точно! Всем бабкам бабка, и нас ещё переживёт, дай бог ей здоровья! Майка, ты поняла, что в банке?
— Нет ещё… — она заглянула в свёрток. — Здесь лепёшки.
— А здесь, — я аккуратно поставил банку на камень, — а здесь окрошка, на квасе, со сметаной!
— Иииииууууу!!! — пискнула Майка и полезла в вещмешок за ложкой. — Давай скорее!
С Чарли мы тоже окрошкой поделились. Он, когда её ел, смешно фыркал. А когда уже доели, он вдруг навострил уши.
— Что такое, дружище? — забеспокоился я. — Майя, ты тоже это чувствуешь?
— Ага, как-то не по себе вдруг стало… как перед грозой.
Она посмотрела на совершенно ясное небо. Ночью тучи были, но сейчас от них и следа не осталось.
У Чарли шерсть на загривке встала дыбом. Он спрыгнул с камня, перебежал через дорогу, вернулся, снова запрыгнул на камень и глухо зарычал.
— Чарли, не пугай так…
— Лёха, Майя! — закричал вдруг Николай.
