Алюминиевая кастрюля из-под пюре только что не сверкала. Но этого явно было мало!
Кто-то предложил послать гонца, но потом вспомнили, что магазины уже закрыты. Тогда отправили Клима раскулачивать замка, у которого, к общей радости, нашлось десяток банок тушёнки и свежий хлеб, который он, с его слов, домой покупал. Ага, конечно, домой. Все пять булок!
В общем, наелись, и сели писать рапорты. Меня подозвал Клим.
— Сколько тушек насчитал? — спросил он.
— Шесть у меня, четыре у тебя и одну Майка завалила. Плюс самец.
А что вы все спрашиваете? — поинтересовался я. — Майор тоже уточнял.
— Потому что строгая отчётность, — вздохнул Клим. — За каждую тушку отчитываться приходится. Да и Система всё учитывает.
— Понял, не дурак! — кивнул я. — А если мелочь какая?
— Ну, без фанатизма. Да даже и крупняк, если до хрена и больше, я во время боя считать не обязан. Могу в отчёте и примерное количество указать. Главное чтобы не было такого, что написал десять, а нашли только девять. Лучше, если что, меньше написать, или что не уверен в точном количестве.
— Спасибо, Клим, — искренне поблагодарил я, — в следующий раз учту.
— Учти, — кивнул он, возвращаясь к своему рапорту, — с тушками строго.
Всё же, видимо, не так строго, раз чёрный рынок процветает. И это в государстве, где Система отслеживает каждый шаг граждан! Или она только отслеживает, но сама инициативу не проявляет? И пока милиции или КГБ на глаза не попадёшься, можно и отойти немного от жёстких требований советской власти?
Кстати, надо Лере позвонить.
Но… наверное, уже утром — я взглянул на часы, времени уже было половина двенадцатого.
И вместо звонка Лере я написал Майе. Мы немного попереписывались. Я ей рассказал про дежурство и рапорт. Она вздохнула, ей свой рапорт ещё предстояло писать. Обменялись новостями, кому сколько опыта капнуло. Ей тоже перепало, вместе с прошлой операцией набралось уже 298.
Я уточнил у Клима, оказалось, первую тысячу многие по полгода набирают. А тысяча — это порог, после которого из разряда стажёров официально переходят в штат.
Тысяча очков опыта, или четыре месяца стажировки, но не меньше месяца. Так что мы молодцы! Особенно я, конечно, но и Майя далеко опережает средние темпы!
Конечно, нам везёт, о чём я так прямо Климу и сказал. Но он помрачнел.
— От такого везения знаешь сколько на тот свет отправляется, не закончив стажировку? Тут мало, чтобы повезло с трофеями, надо чтобы ещё повезло самому трофеем не стать. Сядь, — он показал мне на стул напротив.
