А затем лег рядом, чтобы согреть, - продолжил мужчина. – Ты вся дрожала, поэтому не обессудь, но мне пришлось раздеться и согревать тебя теплом своего тела.
- Ты! – вырвалось невольное и я, откинув одеяло, села, ощутив, как голова пошла кругом. Но тому причиной была не болезнь, а то, что я использовала силу, и кажется, больше, чем позволял мой резерв. По крайней мере создавалось именно такое ощущение.
- Я твой муж, - ответил Кэшем почти гордо и тоже сел.
Одеяло сползло, обнажая идеальный торс Бенедикта и мой взор невольно последовал за одеялом, оценивая каждый дюйм великолепного тела.
К груди Кэшема хотелось прикоснуться. Нет, больше. Я, словно девочка, хотела просто ткнуть указательным пальцем в его грудь, чтобы убедиться, что она такая же твердая на ощупь, как и на взгляд."
"- Ты не имел права касаться меня, - резко подняв взгляд, выпалила, глядя в глаза Кэшему. – И тем более раздевать и…. – я замолчала. Воображение нарисовало мне картину, в которой он снимает с меня мокрую одежду, затем подхватывает на руки и опускает в горячую воду ванны и дальше, натирает мылом плечи, спину, живот и…
- Боги! – я со свистом втянула воздух и возмущенно продолжила: - Ты с ума сошел? Все это должны были делать служанки, но не ты!
- Для всех я твой муж, - спокойно ответил Бен, но в глазах его сверкнули бесята.
О, как же он был доволен своей наглой шалостью! И как чудесно, что я была без чувств, когда муж настолько обнаглел, что позволил себе лишнее.
- Никто не удивился, когда я лично позаботился о тебе, - добавил Кэшем и усмехнулся. – Я что, настолько противен тебе?
- Мы так не договаривались, - я встала с кровати и тут же пошатнулась. В один миг Бенедикт оказался рядом. Сильные руки обхватили мои плечи, прижали к твердой груди. Он встал за моей спиной, уткнувшись лицом в мою макушку и, как мне показалось, жадно вдохнул воздух.
- Ты слаба, - чуть осипшим голосом сказал он. – Ложись в постель.
Я распоряжусь, чтобы тебе принесли бульон и горячего вина.
Я на миг прикрыла глаза. Удивительно, но ощущение твердого тела, прижатого к моей спине, было таким волнительным, что захотелось продлить этот миг.
- Леди Вайолет? – шепнула, стоя на месте. – Как она? – я и волновалась за свекровь и хотела немного отвлечься от тех чувств, которые пробуждались во мне от близости Бенедикта.
- Матушка давно спит. Сейчас за окном ночь. Она в порядке.
