– Молодец Аскольд! Славно потрудился! – выдала Яна и подмигнула Юле Ромодановской.
– Посмотрите, пожалуйста, на арену, – проговорил Вася Антохин.
– Сейчас будет традиционная речь, – поддержала его Маша Роднина.
И правда, Аскольд, взяв микрофон у судьи, повернулся к трибуне, на которой сидели те, кто сильнее других его поддерживал.
– Свою победу я хочу посвятить своим близким и друзьям. Спасибо, что вы всегда рядом и верите в меня. Также я хочу поблагодарить всех, кто меня поддерживал. Спасибо вам!
Аскольд отдал микрофон судье и, обозначив поклон каждой трибуне, уверенной походкой направился в подтрибунное помещение.
– А он не меняется, – усмехнулся Влад.
И все, кто сидел рядом, были с ним согласны.
Канцлер Российской империи наблюдал за поединками из закрытой ложи вместе со своим старшим сыном.
– Он все-таки победил, – глядя, как с арены гордо удаляется новоявленный чемпион, проговорил Дмитрий Александрович Годунов.
– Да, – задумчиво ответил его отец, канцлер. – Победил…
– Что ты об этом думаешь, пап?
– Необычные золотые молнии, огромные мощь и самомнение… Интересно, кто же такой этот Аскольд Сидоров? Аскольд…
– В будущем этот человек был бы нам весьма полезен, – серьезным тоном изрек наследник Годуновых.
– Хм… хорошо, что ты заговорил об этом, – улыбнулся канцлер.
– Ты уже что-то придумал?
– Силки уже расставлены, Дима. Будем ждать, когда дичь попадется. Это дело я доверю тебе.
– Будто у меня и без того дел мало, – усмехнулся наследник.
– Но ведь ты только что сам сказал, что думаешь о будущем.
Империи и своем собственном. А теперь слушай меня…
Глава 30
Княжич Новочеркасский Артем Вениаминович Платов, в прошлой жизни известный в империи Александритов как Арвин Первый Меч, облаченный в парадный темно-синий костюм, в сопровождении одного из местных слуг поднялся за кулису Кремлевской концертной арены. Он, как и другие гости приема, попал сюда, пройдя по крытой галерее-оранжерее, соединяющей две арены – концертную и бойцовскую.
Арвин огляделся. Его лучшего друга еще не было здесь.
Зато здесь были наряженные в национальные костюмы девицы-танцовщицы. Сам прием длился уже пятьдесят минут, а собравшихся в огромном зале гостей, которых из-за кулисы Арвин не видел, развлекали артисты.
Первый Меч Империи (скорее всего, уже «бывший») засмотрелся на фигуристую брюнетку. Будто почувствовав его взгляд, девушка обернулась. Глядя в ее карие глаза, Арвин улыбнулся и послал танцовщице воздушный поцелуй.
Красавица смутилась.
