Хорошо, что задолго до начала третьего этапа. Выздоравливай! Тебе еще готовиться к турниру! Мы тут с учсоветом купили астраханский арбуз и прирезали его за твое здоровье. Все передают тебе привет. Но мы с Софьей громче других, хоть она и молчит=)»
Приятно, Форкх меня дери.
Ответив всем, я еще раз пролистал сегодняшние сообщения. Не ошибся, от Алены не было ни строчки.
Глядя в потолок ванной комнаты, я размышлял, что же делать дальше с этой девушкой. В себя она пришла в машине, когда мы возвращались обратно в Москву.
Я сел рядом с ней на заднее сиденье, предварительно умывшись водой из канистры и переодевшись в сменный комплект одежды, который возил в багажнике вадимовской тачки. За рулем сидел Максим, рядом с ним Гриша – оба наблюдателя. Сам Вадим тогда остался «прибирать» в лесу.
– А?.. Аскольд? – пролепетала девушка, озираясь по сторонам. – Где я? Я… – Она в ужасе округлила глаза и отшатнулась от меня. – Куда вы меня везете?! Я помню, шла домой, но меня затащили в машину и…
– Спокойно, милая, – тихо проговорил я, погладив ее по руке.
– Мы везем тебя домой. Теперь все в порядке.
– Теперь? Они… они говорили про тебя… И я смутно помню какой-то лес… я вроде бы приходила в себя? Или нет… Аскольд! Точно! Они хотели меня съесть! Это был… – Она поморщилась и схватилась за голову. – Проклятье… Точно! Тот парень с приема! Андорин! Он говорил, что я аппетитно выгляжу, и радовался тому, что ты нас познакомил! Ты… Ты специально, да?! Чтобы он меня похитил?!
– О чем ты, Алена? – Я попытался улыбнуться.
– Вообще-то я пришел за тобой, когда тебя похитили.
– Но… но… – Она разрыдалась. Я прижал ее голову к своей груди и начал гладить по волосам. Ох, как же больно мне тогда было – раны, полученные от сарнита, совсем свежие.
Постепенно она затихла, а спустя минуту резко отстранилась от меня.
– Мне нужно все хорошенько обдумать, Аскольд, – изрекла Алена, не сводя с меня взгляда настороженных глаз.
– Я тебя понимаю, – кивнул. – Но должен сказать вот что.
Андорин – аристократ. И если ты будешь кому-то рассказывать о случившемся, у твоей семьи могут возникнуть проблемы.
– Да это ясно! – снова взорвалась она. – Ты меня втянул во все это! Все из-за тебя!
– В какой-то степени да, так и есть, – согласился я. – И за это я прошу у тебя прощения.
Дальше мы ехали молча. А когда машина остановилась возле подъезда Алены, она проговорила:
– Не нужно меня провожать, – и вышла, хлопнув дверью.
