Разве может обычный человек сделать такой божественный кофе? Ммм… Настроение начало стремительно улучшаться.
— А теперь рассказывай, что произошло, — велел он, облокачиваясь на стойку.
— Может, не надо? У тебя клиенты…
— Малышка, это была не просьба, — покачал головой он. Надо было возмутиться, но я… просто не смогла. Как выяснилось, когда этот парень хотел, он мог быть чертовски убедителен. Отказать этим льдистым глазам совершенно не представлялось возможным.
— Ну… во-первых, меня только что выгнали из собственной квартиры, — я снова помрачнела, вспомнив покрасневшее лицо сестры и её крик «Шлюха!».
— Выгнали? Это легко решается, — нахмурился он. — Если квартира у тебя в собственности, то можно…
— Нет, ты не так понял! Мне не запрещают туда возвращаться, просто… Я сильно поссорилась с сестрой и её мужем. Так что в случае возвращения меня там ждёт война.
— А что насчёт родителей? — вдруг заинтересовался Матвей. — Почему ты живёшь с сестрой и её мужем?
— Нет родителей, — неохотно сказала я.
— Нас воспитывала бабушка, но она умерла. Квартира осталась от мамы, она принадлежит нам с Леной. Другого жилья у меня нет.
— Понял, — кивнул он, нахмурившись. — Остался один вопрос — какого чёрта муж сестры живёт в вашей квартире? У него нет своей?
— Нет. Есть квартира мамы. Но там живёт мама.
— Тогда какого хрена он в чужом жилье свои пoрядки наводит?
— Кабы знать, — хмыкнула я.
— Угу, — лицо Матвея стало отстранённым. Я невольно поёжилась: выглядел он жутковато.
Интересно, о чём он думает?
— Ты меня пугаешь, — честно предупредила я. Парень перевёл на меня взгляд и улыбнулся. Потом накрыл своей большой рукой мою и сказал:
— Всё будет хорошо. Ты мне веришь?
— Угу, — завороженно кивнула я. Какая же у него потрясающая улыбка! Лицо сразу преобразилось. И ямочки… обожаю ямочки! Внезапно его прикосновение начало обжигать. Я почувствовала, что краснею. Между нами что-тo происходило. Пытаясь справиться с собой, я опустила глаза и посмотрела на егo руку, которая накрывала мою.
Потом взгляд скользнул на татуированное запястье и выше, до закатанного рукава. Но это лишь усугубило ситуацию. Ворох ярких фантазий, связанных с тем, что конкретно можно сделать этими сильными руками, заставил меня покраснеть ещё сильнее.
— О чём ты думаешь? — его голос чуть изменился. В нём появились нотки, от которых мне и вовсе стало жарко. Он сжал мою кисть, и я едва не вскрикнула. Нет, не от боли.
