Теперь, Ромыч, слушай свое задание на сегодня.
Дзюба включил душ и задернул занавеску. Антону, чтобы не кричать, перекрывая голосом шум воды, пришлось присесть на край ванны с противоположной от душа стороны и высунуть голову, прикрывая себя от брызг все той же занавесочкой. Пока Ромка тер себя мочалкой, Антон пересказал ему то, что узнал накануне от Ольги.
– Поэтому ты, Ромыч, созваниваешься с Каменской, валяешься у нее в ногах и просишь организовать встречу с Олегом Семеновичем Усиковым.
– Зачем?
– Затем, что нам с тобой позарез нужен хороший, доброжелательный контакт с Ореховым-старшим, и подвести нас к нему может только Усиков.
Вадим Константинович Орехов – наша последняя надежда. Только он может знать, за что его сын мстит Владимиру Власову, поскольку, как мы уже выяснили, больше никто этого не знает. Нам нужно понять, зачем Филипп Орехов не только в интернете врет про Власова, но и папе про него гадости рассказывает. Пока мы не поймем смысла этой комбинации, мы не продвинемся ни на шаг.
– Мальчики, где вы там застряли? – послышался из-за двери голосок Дуни.
– Все готово, остывает уже. И телефоны у вас обоих разрываются. Принести?
Антон приоткрыл дверь ванной и протянул руку.
– Давай.
Дуня принесла ему два мобильника, один из которых в данный момент молчал, второй надсадно выводил электронную мелодию. Пока Антон закрывал дверь, телефон умолк. На обоих дисплеях светилась надпись: «Каменская непринятых вызовов 3». Легка на помине.
– Тоша, неужели это ты сам столько еды наготовил? – спросила Дуня, когда все уселись за стол.
– Ты нас прости, нам так стыдно, мы ничего не сделали…
– Я тоже ничего не сделал, – усмехнулся Антон. – Спал как сурок. А в это время добрая фея колдовала на кухне. Не парьтесь, ребята, все в порядке.
Одним из неоценимых качеств Дуняши было умение не задавать лишних вопросов. Каким-то невероятным чутьем она всегда точно угадывала, о чем спросить можно, а когда лучше и промолчать. Ну а Дзюбе он уже и так все рассказал.
* * *– Анастасия! – Олег Семенович Усиков, широко раскинув руки, шагнул навстречу Насте Каменской, рядом с которой топтался Дзюба.
– Моя не первая, но вечная любовь! Какими ветрами тебя ко мне принесло?
Он встретил их в холле, у поста охраны, проводил в свой кабинет, сразу поставил перед Настей пепельницу.
– Небось не бросила свою дурную привычку? – насмешливо спросил он.
– Не-а, – Настя помотала головой. – И не думала даже. А ты, я смотрю, бросил.
– Давно, уже седьмой год пошел.
