Нет такого поступка, за который Власов мог бы его ненавидеть. Болтенков сделал его чемпионом, Болтенков добровольно отдал его другому тренеру, который готов был развивать в юном спортсмене талант парника, хотя отдавать перспективных спортсменов, тем более чемпионов, за которых идут надбавки к зарплате, никто не любит и за них бьются до последнего. Более того, впоследствии Михаил Валентинович взял Власова к себе на работу вторым тренером, пока тот учился в институте. Отношения у них всегда были прекрасными, ни одного конфликта.
Слишком много допущений. Слишком много. Алиби Власова говорит только о том, что у него есть невыявленный пока оперативниками источник значительного дохода, который позволяет ему платить какому-то наемнику. Вероятно? Вполне. Раскрытое убийство Галины Носуленко может оказаться следствием подтасовки и выбивания показаний и признаний, это у нас случается сплошь и рядом. Может такое быть? Может, и еще как! Использование ножа при убийстве Ефимовой – результат обдумывания ситуации и осознанного принятия решения о выборе орудия преступления с учетом места и времени.
Реально? Ну… если этот наемник достаточно разумен и опытен в своем деле, то вполне.
Но Болтенков, Болтенков… С ним ничего не получается.
Значит, либо Настя ошиблась и формула подбора жертв какая-то другая, либо Михаила Валентиновича Болтенкова убили совсем другие люди и по совсем другим причинам.
Либо…
– Либо мы, – она не заметила, как концовку своих размышлений произнесла вслух, – чего-то не знаем о Болтенкове.
На нее уставились две пары изумленных глаз: темные и внимательные – Антона и Ромкины – ярко-голубые и азартные.
– Что вы на меня так смотрите? – сердито спросила Настя. – Вставайте, поехали к жене Болтенкова.
– Она ничего не знает, – удрученно проговорил Дзюба. – Она вообще к спорту отношения не имеет, врач МЧС, и в то время, когда Власов тренировался у Болтенкова, они еще не были женаты. С ней и Федя Ульянцев разговаривал, и я, и Баглаев ее допрашивал. Она совсем не в курсе спортивных дел.
– Но у него была первая жена, – добавил Антон. – И кстати, ее Баглаев не допрашивал.
– Данные на нее есть?
Антон вопросительно посмотрел на Дзюбу, в очередной раз за сегодняшний день почувствовав укол самолюбия: это ж надо было так наплевательски относиться к делу! Позор и стыдоба. Хорошо, что он хотя бы спохватился не слишком поздно. Возможно, упущенное еще можно наверстать. Слава богу, Ромка не подвел, он действительно пахал на этом деле за двоих.
