И в данный момент эта ниша была битком забита самыми разнообразными копьями, клинками, молота, секира, саблями, палашами и прочим.
Те, кто побогаче и владели пространственными кольцами, на первом этаже не останавливались.
– Ты стал очень на него похож?
– А? – очнулся Хаджар. – На кого?
– На Ор…
Еще до того, как Эйнен успел договорить имя наставника Хаджара, тот в одно движение сократил между ним расстояние и прикрыл рот другу.
Одновременно с этим он обнажил Черный Клинок и направил его на входную дверь.
Почти пять секунд друзья провели в такой позе, пока Хаджар, облегченно выдохнув, не развеял меч и не вернулся к перилам.
Эйнен с удивлением обнаружил в глазах своего друга нечто, похожее не просто на страх, а глубокий, животный ужас. А на его памяти, Хаджар Дархан мало чего боялся в этом мире.
– Не произноси его имени, – прошептал Хаджар. – Высокое Небо, даже не упоминай. Если он сюда сейчас явится…
Эйнен, почему-то, не смог сдержаться и засмеялся. Причем не в своей привычной манере, которая мало чем отличалась от выразительности скалы, а прямо в голос.
Так, что тряслись бумажные стены комнаты."
"– Смеешься, значит, – скривился Хаджар. – Вот так вот – не видел лучшего друга два года и теперь смеется над его несчастьями…
– Прости, – поднял ладонь Эйнен. – Просто… немного непривычно видеть тебя таким.
– Каким?
Эйнен еще раз посмотрел на своего друга. Тот и раньше не был хлипкого телосложения, но теперь выглядел… Иначе. Хаджар стал одновременно и суше и… массивнее. Но его мышцы не выглядели искусственными, они не были взращены специальными тренировками.
Нет, это была живая плоть.
Такая, которая появляется у хищного животного, когда тот целыми днями борется с природой за то, чтобы ему было что положить себе в желудок.
Мощный, но поджарый, в каждом движении Хаджара теперь виделась скрытая угроза. Даже в его расслабленной позе скрывалось зримое предупреждение – подойдешь слишком близко и зверь обнажит когти. Сделаешь еще шаг и познакомишься с домом праотцов.
Взгляд Хаджара стал более собранным.
Цепким. Будто он подмечал каждую мелочь, каждое движение и ничто не скрывалось от его внимания. К нему, как к любому зверю, нельзя было подойти незамеченным.
Дархан выглядел так, будто был готов в любой момент использовать максимум силы для того, чтобы порвать своего противника.
Не одолеть или отправить к праотцам, а именно порвать. Растащить на куски, напиться кровью, а затем продолжить свой путь.
Он выглядел как хищник, надевший шкуру человека.
