– Не ошибусь, если скажу, что за последнюю тысячу лет еще никто не проходил испытание на ученика внутреннего круга в такой же манере, как и ты.
Позади Хаджара, все так же подметая пол своим веником, стоял старик Хранитель. Или, как его порой надменно называли – привратник. Но последнее звучало ка нечто оскорбительное, умаляющее достоинство и мудрость стол древнего создания.
Хаджар отсалютовал и поклонился. В этот момент он увидел, как с его шеи свисает не золотой, но изумрудный медальон ученика внутреннего круга школы “Святого Неба”.
Выпрямившись, он взял его в руку и удивился тяжести. На ювелирном рынке такой увесистый кусок волшебного, имеющего энергетическую структуру нефрита, можно было продать за неплохие деньги.
– Я думал, личным ученикам положен деревянный медальон.
– Положен, – достав из кармана простых, холщевых штанов, тряпичный платок, старик аккуратно стер им пыль с древних стеллажей. – Но деревянный медальон ты можешь получить только у своего учителя.
Хаджар не помнил, чтобы Орун, да согнется он наоборот, говорил ему что-то о получении медальона.
Все, что вообще можно было получить у учителя, это болезненный удар палкой или, под конец, деревянным тренировочным мечом.
– Ну и ладно, – пожал плечами Хаджар и развернулся в сторону винтовой лестницы, ведущей на пятый этаж. – Обойдусь и без этого, треклятого, медальона.
Он уже сделал несколько шагов в сторону люка, как его окликнул все тот же голос старика.
– Ты никогда не задумывался, Северный Ветер, почему личный ученик – венец творения и заботы школы “Святого Неба” носит простой, деревянный медальон? В то время как даже ученик внешнего круга – не более, чем слуга, имеет серебрянный.
Хаджар, сперва удивившись тому, с какой легкостью голем рассуждает о местной несправедливости, вскоре смог расставить все по своим метам.
Школа “Святого Неба”, как и школы “Быстрой Мечты” и “Талой Воды” были основаны в самые трудные, для Империи, времена. Времена полные бесконечных войн и борьбы за место под солнцем.
На тот момент факт, что десятки тысяч талантливых адептов будут не более, чем мальчиками и девочками на побегушках, не вызвал удивления.
Какой смысл распыляться и пытаться взрастить десять тысяч сильных воинов, если можно сосредоточить свое внимание на двадцати и сделать из них настоящих монстров.
Каждый из которых будет в одиночку стоит тех самых “десять тысяч сильных воинов”.
С тех пор утекло немало воды, но принцип остался.
– Нет, не задумывался.
