С Дарьей мы подружились, и теперь я по праву считала ее своей подругой, к ней всегда можно было обратиться за помощью, или просто поболтать. Она мне часто рассказывала об их детстве, о проделках Мишки и Кира. Как ни странно, но парни везде таскали Дарью с собой, заступались за нее, когда она хулиганила.
- Поехали уже, - рассмеялась я.
Через полчаса мы были уже в клинике. Я, позвонив Марку Вениаминовичу, сообщила, что уже подъехала. Он просил ждать его в кабинете.
Посмотрела на часы, Мишки еще не было, решили вдвоем с Дашей ждать его у Марка в кабинете.
Не дойдя до кабинета несколько метров, увидела знакомую фигуру.
-Ксюш, - радостно поздоровалась я, - Привет!
-Привет, - девушка повернулась к нам с Дашей, и я сразу же поняла, что-то не так.
-Ксюш, - перестала улыбаться я, - Все в порядке? Куда пропала-то? Уже неделю не звонишь и на звонки не отвечаешь.
Оксана только устало улыбнулась.
-Все в порядке, не переживай, - ответила Ксюшка, но ее лицо и голос говорили об обратном.
-Точно? А здесь какими судьбами? – нахмурилась я, увидев в ее руках карту и снимок УЗИ, - Не заболела?
-Нет, к счастью, - уже искреннее улыбнулась Оксана.
Я внимательней присмотрелась к снимку, и строчке в верхнем углу.
-Маточная беременность… - прошептала я, улыбаясь, - Многоплодная? – уже громче и радостнее, - Ксю, ты чего? Ты беременна?
Я радостно обняла девушку.
-Поздравляю! – почти закричала я. Посмотрела на Дашку, та с открытой челюстью смотрела на нас. Оксана несколько секунд переводила взгляд с меня на Дарью.
Потом, вздохнув, прижала руку ко лбу.
-Даш, если ты считаешь, что ребенок не Кира, то я ничего не буду говорить, чтобы переубедить тебя, - устало сказала она.
Дашка, выхватив снимок из рук Ксюшки, несколько секунд всматривалась, потом начала что-то бормотать, расхаживая по коридору и жестикулируя.
-Не, ну, неужели правду говорили, ведь стрева она, его бывшая женушка, - услышала я тихий шепот Дашки, как будто она говорила сама с собой, не замечая нас, - Видать не просто так слухи ходили.
Так Мишка мне: «Не лезь, не твое дело!», - далее фольклорная лексика, именуемая в народе матом, и уже на литературном русском, - Не зря я братцу говорила, что Кир - кретин! И стерва эта им вертела как хотела! То ей шубку, то машинку!! А он, дурак, верил и потакал, - тараторила Дашка.
Дашка прервала свой монолог, потом, зажав рот рукой, замерла, как будто вспомнила что-то важное. Испуганно посмотрела на меня.
Мы с Оксаной смотрели на девушку с удивлением.
