За дракошку тоже было боязно — а ну как проснется! Но, вопреки моим опасениям, ничего экстраординарного не произошло… мешочек продолжал тянуть коленку вниз, а откинувшаяся крышка шкатулки явила миру обыкновенный стеклянный булыжник в рубиновой оправе, подвешенный на золотой «трос». Декан-правдолюбец самолично повесил мне хомут на шею, вот была бы рядом река, уверенна, в эту реку он бы меня и скинул. Но бурного потока не наблюдалось и в помине, зато были затаившие дыхание тетка и кузены, а так же вперившиеся в невестку родители жениха.
— У моей невесты сдвоенная аура. — быстро и тихо проговорил правдоискатель, и амулет вспыхнул синим, в обрамлении красного.
— Аххх… — пронеслось по толпе родственников.
Маман уже открыла рот, явно намереваясь что-то произнести, но декан молниеносно содрал амулет с моей шеи, и упаковывая в шкатулку, деловито произнес:
— Вы так ахаете, будто о таких вещах врут…
— Ну что ты, Ладди! — поднесла руки к груди тетушка, — но теперь мы знаем наверняка.
Маман Кроина, недовольная, что ей не дали вставить свои пять медных монет хмуро сверлила меня глазами.
— Мама, благослови! — потребовал Кроин беря брачные амулеты.
Набычившись, Адель нехотя подошла к нам, и выдержав паузу — набить себе цену и нам нервы пощекотать, неразжимая зубов кинула:
— Благословляю. — женщина демонстративно достала платок оттирая красивые крупные слезы.
Я стояла, не понимая что делать дальше. Кроин взял меня за правое запястье и надел браслет. Металл тут же растворился на коже, превращаясь в красивую массивную татуировку помолвочного амулета.
Второй он протянул мне вместе со своей ладонью. Настал мой черед надевать на него наручник, ну то есть, амулет. Обменявшись татуировками, мы так и стояли у всех на глазах, не отпуская друг друга.
— А поцелуй! — потребовал белобрысый кузен.
— Бэнни! — воскликнула «молодой баран» — Прекрати!
— А чего прекращать? — скалился детина. — У них вон уже, сдвоенная аура! Чего им стоит один поцелуй для нашей радости?
— А и правда! — вскричала тетушка.
— Когда еще, если не сейчас! Давайте, целуйтесь! Соскучились небось друг по другу!
— Да, правильно, мы все тут свои! Нечего стесняться! Ладди, покажи класс, мы хоть позавидуем!
Я со страхом уставилась на декана. Его родственники продолжали одобрительно галдеть. Родители молчали, предоставляя выбор сыну. Ну а сын… с хищной, абсолютно довольной улыбкой склонился ко мне и его сухие горячие губы накрыли мои.
