Надо было сразу с тебя начинать, тогда я бы не испытывал этот зверский голод и муки всего Безумия!
Так это и есть тот самый душегуб, на совести которого смерть Лански, Фониленд и той девушки из Тирели, адептки-старшекурсницы! Неужели и мой черед настал? Нет, я к этому совершенно не готова! Да, я хотела избежать участи Амулета в гареме вражеского князя, но не такой же ценой! Как хочется обратно, на бал! Да хоть куда угодно, только исчезнуть с этого страшного каменного ложа, испариться побыстрее!
— Всё ходила мимо меня с гордым неподкупным видом! — продолжал шипеть в то время балахонистый призрак, — Как я тебя добивался! Как я тебя хотел, с первого мгновения, едва увидел и пропал.
Сколько намеков я тебе делал! Поэтому ты тут! Только благодаря самой себе!
— Да кто вы? — воскликнула я, пытаясь сообразить, кто из знакомых мог испытывать подобные токсичные чувства ко мне.
Фигура была смутно знакомой, но лицо тонуло во мраке тьмы и тени капюшона.
«Только бы не Кроин», — твердила я про себя.
— «кто угодно, но только бы не он!».
— Ты действительно хочешь увидеть перед смертью лицо палача? — склонил он голову набок, подбирая клинок с камня.
— Да! Я хочу понять, кто мог меня так люто возненавидеть!
— О, нет! То, что я испытываю к тебе — далеко не ненависть, девочка! Далеко! Что ж? Почему бы и нет, если ты сама просишь.
Палач потянулся к капюшону и откинул его.
— Ты! — потрясенно воскликнула я, — все эти убийства девушек совершил ты?!
Глава 32
— Я! — хмыкнул Айзек и глаза его зажглись дьявольскими молниями.
— Я! И я делал это ради тебя!
— Но почему? — только и смогла пролепетать я.
— Почему? Ты еще спрашиваешь, почему? Да я дышать без тебя не мог! Всю душу ты мне вытащила, сердце живьем из груди вырвала! — трясло ополоумевшего однокурсника, и вместе с тем тряслось острие клинка около моего горла. В очень опасной близости. — И теперь ты расплатишься за каждую мою душевную рану, за каждую физическую муку!
— Айзек, что за бред?! Я даже и не подозревала, что твориться с тобой!
— Конечно, ты не подозревала! Естественно! Сначала крутила мозги Дэну, а потом охмурила декана! А на меня, сколько бы я к тебе не пытался приблизиться, смотрела надменно, свысока!"
"— Это не так, Айзек! Я наоборот думала, что ты-то уж точно мой друг и соратник!
— Я ненавижу это слово — «друг»! Как можно дружить с женщиной, с которой хочешь быть, до дрожи, до умопомрачения!?
Ситуация была хуже некуда.
Похоже, Айзек не шутил.
