— И поплатился двадцатью годами тюрьмы? — Сара повернула голову, подставляя Майку шею.
— Нет, жизнью.
Сара отстранилась, и по тому, как Майк пожал плечами, поняла, что человек, о котором шла речь, мертв. Она не стала спрашивать, кто его убил, боясь услышать, что это сделал Майк.
— Красивый ковер.
— Да, Приятный, — согласился Майк, прижимая ее к ковру. — И очень, очень полезный…
Когда они наконец отдышались, Майк вдруг рассмеялся.
— Ты что? — спросила Сара, надевая ночную рубашку.
— Вспомнил, как объяснял капитану — мол, я понятия не имею, как угодить порядочной девушке.
Откуда мне было знать, что все вы хотите одного и того же!
— А я сказала маме, что ты гей.
Улыбаясь, они обнялись и уснули.
Утром Майк сдернул с крепко спящей Сары одеяло. Она не пошевелилась.
— Вставай! — велел он.
Сара слышала его сквозь сон, но подчиняться не собиралась.
— Сара, дорогая, ты идешь со мной в тренажерный зал.
Она зарылась головой сразу под четыре купленные вчера подушки.
— Подъем!
Она осталась неподвижной.
Обхватив талию Сары обеими руками, Майк стащил ее с кровати, убедился, что она так и не проснулась, перекинул ее через плечо, словно мокрое полотенце, и понес в ванную комнату, где усадил на край ванны.
Майк вложил в руки Сары пакет из магазина.
— Это тебе. Надевай. У тебя есть десять минут.
— Не хочу…
Но Майк уже вышел.
— Ненавижу физкультуру, — проворчала Сара, заглядывая в пакет. В нем лежал полный спортивный костюм и кроссовки, подобранные точно по ее размеру.
Сара поморщилась.
Значит, вчера, пока она радовалась возможности побыть с Майком, он коварно, втихомолку планировал вытащить ее с собой в тренажерный зал!
Из ванной она вышла с волосами, собранными сзади в хвостик, в обтягивающих черных легинсах и синей майке, под которую пришлось надеть уродливый спортивный лифчик.
При виде Сары Майк растерянно заморгал, обвел оценивающим взглядом ее фигуру, и Сара поняла, что сумела поразить его.
— Хочешь сказать, мне обязательно надо тренироваться, потому что тебе не нравится, как я выгляжу?
— Сегодня ты выглядишь великолепно, но уже через четыре года тебе стукнет тридцать, и все пойдет на спад.
Считай, что это профилактика. — Он вручил Саре бутылку с водой и обнял за плечи. — Слушай, если тренировки тебе настолько ненавистны, завтра можешь остаться дома — будешь киснуть и расползаться, как пожелаешь. Но сегодня мы идем в тренажерный зал. Кто знает, может, тебе еще понравится.
Сара хотела возразить, но Майк открыл дверь.
