Полицейский настороженно попятился назад. В этот момент стена тоннеля примерно в пяти метрах от него пошла трещинами и с грохотом осыпалась на пол грудой обломков.
Из провала показалась огромная уродливая голова, покрытая черным блестящим панцирем. На морде чудовища торчали странные бугристые наросты. За головой показалось такое же бугристое тело, которое стремительно выдвигалось вперед на множестве мощных лап.
Метнувшись через проход, чудовище врезалось в противоположную стену тоннеля и с легкостью пробило ее. Кошмарная голова исчезла во тьме, а длинное туловище гигантской сороконожки все тянулось из одной дыры в другую, и это движение сопровождалось таким грохотом, что Игорь едва не оглох.
Высотой подземный монстр был метра в три, а длину его тела Серегин не мог определить. Казалось, тварь движется из одного пролома в другой бесконечно.
Тоннель заполнился грохотом, пылью, комьями грязи и мокрой земли, камнями, обрывками корней.
Наконец молодой полицейский словно отмер и шарахнулся назад. В тот же момент он увидел незнакомку.
Оказывается, все это время она стояла у него за спиной. Примерно с Игоря ростом, в маске-пауке, полностью затянутая в непроницаемую кожаную броню.
Игорь нервно вскинул пистолет, и тут же мощный удар обрушился ему на голову. Серегин ничком упал у ног незнакомки, мгновенно потеряв сознание. Она же молча перешагнула через него и вскоре растворилась во мраке подземных тоннелей.
Глава двадцать девятая
Выгодное сотрудничество
Костя Комиссаров куда-то бесследно исчез, а его отец вскоре потерял к Журавлевым всякий интерес.
Вежливо извинившись перед ребятами, Николай Вадимович отошел к другим гостям, а Лера, Максим и Светка вышли из ярко освещенного особняка.
Во дворе, казалось, стало еще многолюднее. Лера снова увидела в толпе нарядно одетых гостей старика Бестужева, который стоял в компании двух женщин. Одна была абсолютно седой, в черном закрытом платье до колен. Когда она обернулась, Лера тут же узнала мадам Анаит. Максим тоже ее увидел и недовольно нахмурил брови.
Но Ипполит Германович уже подзывал их к себе взмахами.
– К черту, – побледнев, сказала Светка. – Я туда не пойду. Эта бабка пугает меня до дрожи!
– А вот и мои юные друзья, – громко воскликнул Ипполит Германович, обращаясь к Журавлевым. – Ну же, идите к нам!
Старуха Анаит обернулась, сверкнув черными стеклами очков, и едва заметно раздвинула губы в какой-то змеиной усмешке.
– Удачи, – чуть слышно произнесла Светка застывшим близнецам. – Пойду Гришу поищу.
