– Ох, тяжко пришлося, милая… – посетовала Серафима Дормидонтовна, – Мяфодий кума Мякитишны, траюроднай сестры мояй второй нявестки, просил, у таво деверь Клим Болшаглазай – большая шишка в зямной таможне, дак и то пряшлось мзду атстегувать… мядком, да соленымя грибочкамя токма и расплатилися…
– А зачем вам здесь коза? – удивился Стас, хотя, лично я, там, где дело касалось бабушки Селедкина, ничему не удивлялась.
– Ох, милай! Да коза ента ш – молочко для ентай… как яво… потенции… правнучков страсть, как охота поняньчать… – выхохнула старушка, умильно зажмурив глаза.
Селедкин и Айа покраснели, – подарочак енто… молодым… на свадябку! Машка! Шевяли капытамя!
Я отстала от нашей своеобразной процессии. Мимо меня прошли носильщики скарба бабушки Селедкина. Достав комм, уже собиралась набрать номер легара, чтобы уточнить, где селить Серафиму Дормидонтовну.
– Вот ты где, Верник! – послышался рядом мелодичный, но наполненный ядом голос… Анвен Беллим.
Я взглянула на нее и… Не засмеяться – было выше моих сил.
Блондинистые волосы, в прямом смысле слова, стояли дыбом. «Принцесса» поработала на славу! Сколько дней прошло, а эффект все еще заметен невооруженному взгляду.
– И тебе, доброе утро! – просто сказала я, давясь смехом, – стойкий перманент? Где делала?
– Верник! – зло прорычала эленмарка. Кажется, моя улыбка раздражала ее еще больше, чем общение на нейтральных тонах, – не прикидывайся глупее, чем ты есть. Сначала, я недооценила тебя, но теперь, поверь, все держу под контролем.
– Анвен, ты же не Бог. Поверь, даже он кое-что упускает или предпочитает не замечать, а ты держишь… и причем все! Расслабься!
– Не зли меня! – крикнула блондинка и ее лицо некрасиво покраснело, – вы – земляне, наглые, пронырливые и жадные. Тянете свои слабые ручонки к тому, что вам не принадлежит!
– О чем это ты? – наигранно удивленно обратилась к эльфийке.
– Последний раз предупреждаю тебя! Дарин Элвэ – мой, и этот вопрос решен!
– Кем? – продолжала разыгрывать из себя дурочку.
– Его решили энфины наших родов! – визжала крошка Беллим, – очень скоро пройдет наш обряд! Он станет моим навечно, будет смотреть мне в рот… исполнять любую прихоть… ловить каждое мое слово!
– Смотреть в рот? – скривилась я, – не знала, что у него такая тяга к стоматологии. Обычно, мужчины находят более интересные места на теле женщины.
– Ты! – взревела она и попыталась броситься на меня, но я успела вовремя отскочить.
