Я растворяюсь в этом легком, невесомом прикосновении, таю, как первая снежинка, упавшая на горячую ладонь… И в целой Вселенной только он и я. Руки сами тянутся, зарываясь в длинных, платиновых волосах моего эльфа, подушечки пальцев касаются острых ушей и… слышится стон. Мой? Его? Наш?
– Кадет Верник! – строгий окрик мгновенно вернул меня в реальность.
Мы отскочили друг от друга, ошарашенные и совершенно растерянные, причем тангир Элвэ выглядел не менее растерянным. Он переводил удивленный взгляд с легара на меня и обратно, словно ко всему только что произошедшему не имел ровным счетом никакого отношения.
Дед смотрел прямо на Дарина и лицо его было суровым.
– Кадет Верник, – повторил он, – в мой кабинет! Немедленно!
Грозный рык легара заставил меня вздрогнуть. Кто же знает этих эленмарцев, может в гневе они кусаются! Я поспешила покинуть сцену, где, судя по перекрещенным взглядом, должно случиться что-то весьма и весьма страшное. Даже мысли о ребятах, кораблике и пушистых пассажирах меня не остановили, а вот о тюнинге… Да, именно эта мысль заставила застыть мраморным изваянием.
Я развернулась…
Позади меня, как ни в чем не бывало, стояли пять черных апаньярских кораблей, и лишь цифры от одного до пяти на боках, отличали их друг от друга. Впрочем, было и еще одно отличие. На иллюминаторах Принцессы по прежнему были ресницы. Женщины… Они всегда такие… женщины! Вот же, проходимцы апаньярские!
Развернувшись, собралась следовать ранее намеченному маршруту, но голоса эленмарцев изменили мои планы.
Спрятавшись за металлическую стойку у дверей ангара, я… Да-да! Я подслушивала!
– Тангир Элвэ, – рычал Белиготар Сорг, – потрудитесь объяснить, что это сейчас здесь было?"
"– Встречал курсанта вверенного мне подразделения, вернувшегося после несанкционированного вылета, – доложил Элвэ.
– Да-а? – О! Сколько же иронии было в этом «да», – насколько мне известно, там на борту еще, как минимум, три курсанта, – голос легара звучал приторно-сладко, с крайней степенью язвительности, – им вы тоже раскроете свои горячие объятья или этого удостоилась только моя… Алевтина Верник?
– Твоя? Твоя Алевтина Верник? – кажется, «леденец» разозлился.
– Дарин! – голос деда звучал предостерегающе, – держись от Али подальше. В последнее время ты итак слишком часто оказываешься рядом.
– Печешься за моральный облик своего офицера или просто боишься конкуренции, Тар? – ехидно поинтересовался Элвэ.
