Федор прищурился:
– Ага! Каждый так говорит, когда ему хвост прищемило! Недавно пришлось на тетке сапог разрезать – в ДТП она попала. Вот тоже распорядилась: «Делайте что хотите, только помогите!» А потом телегу накатала, дескать, я ей испортил новую дорогую обувь, должен теперь выплатить миллион, иначе бабень не утешится! Моральная и финансовая травма у нее!
– Оставите меня сидеть в кастрюле? – перепугалась я.
– Ну не, не сволочи мы, – забормотал Федор. – Хотя ваш случай не медицинский, жизни не угрожает – можем и уехать.
Я воспрянула духом:
– Нет-нет, это ваш профиль! У меня из-за впихивания тела в кастрюлю нарушилось кровообращение! Давление ух как поднялось! Пока вызову МЧС, пока придут – появится гангрена!
Елена Львовна тихо хихикнула.
– Надо давление померить, – решила Катя.
– Валяйте, – кивнул Федор и обратился ко мне: – Согласие напишете на разламывание кастрюли?
– Конечно! – обрадовалась я.
Федор открыл чемодан, вынул лист бумаги, прикрепленный к планшетке, ручку и протянул все мне.
– Заголовок – «Заявление». Далее указываете ФИО, год рождения, национальность, гражданство, место работы, семейное положение, адрес. Если в этой квартире не зарегистрированы…
– Зарегистрирована, – быстро перебила я его.
– Укажите, сколько в семье несовершеннолетних детей, мужей, пенсионеров, ветеранов, а потом текст под мою диктовку накропаете, – продолжал мужчина.
Я бойко заскрипела ручкой и вскоре справилась с задачей."
"– Молодец, – похвалил он меня. – Теперь так: «Я, ФИО полностью, даю свое разрешение на снятие с моей…» э… э… как культурно назвать место, которое впихнуто в кастрюлю?
– Таз, – подсказала Елена Львовна.
– Задница, – озвучила свой вариант Катя.
– Непонятно, – высказал свое мнение Федор. – Тазы разные встречаются, например эмалированные. «Задница» – недипломатично для документа… Пишите: «…с моего органа сидения посуды для приготовления еды на плите…»
Я послушно вывела фразу.
– «…сделанной из нержавейки стоимостью один рубль. Чека, подтверждающего сумму, нет, прошу поверить мне без него».
– У нее дорогущий набор, – вздохнула врач и показала на плиту, где стояли родственницы той кастрюли, которая захватила меня в плен. – Сама такой хочу, да никак нужную сумму не накоплю.
– Елена Львовна, вы на чьей стороне? – встревожился Федор. – Хотите, чтобы эта парашютистка-летчица меня потом засудила, на бабки поставила?
– Нет, конечно, – смутилась доктор.
– Тогда не мешайте документ составлять! – фыркнул Федя.
