Простудился небось, случается такое! И после обеда Владимир начал получать всякие дары для поправки здоровья: мед, вино, разные травы для чая, банные веники… Подношения принимались управляющим с благодарностью, но мужчина тихо говорил:
– Владимир Николаевич здоровы-с! Не смогли-с в церкви присутствовать из-за дел-с! Премного вам благодарны-с за беспокойство!
Но и через неделю Боброва не оказалось в церкви на его привычном месте, возле иконы Богородицы.
А к вечеру случилось общее потрясение: во все местные усадьбы привезли приглашения прибыть в субботу на бал по случаю женитьбы Владимира.
Сообщение произвело эффект разорвавшейся бомбы. Бобров связывает себя узами брака? С кем? Местные девушки на выданье не покидали родительские дома, ни в Петербург, ни в Москву холостяк не ездил! Где он откопал суженую-ряженую? Любопытство схватило цепкими когтями всех, начиная от членов семьи графа и завершая последним поваренком постоялого двора на тракте, который вел в Петербург.
Стоит ли удивляться тому, что во второй половине субботы огромный двор перед монументальным зданием усадьбы Боброва оказался забит экипажами всех мастей? Слуги носились словно угорелые, убранство танцевального зала поражало пышностью, столы ломились от богатого угощения. Дамы сверкали каменьями, мужчины благоухали одеколонами, букеты дворня складировала штабелями.
Все страстно желали увидеть невесту, и, когда Владимир Николаевич под звуки оркестра ввел в зал новобрачную, все ахнули. Подобной красавицы раньше никто не встречал. Что стан, что лицо, что прическа – все было прекрасно. Даже пожилая княгиня Елецкая, которая никогда не смотрела благосклонно на молодых женщин и всегда находила в каждой изъян, о чем не забывала объявить вслух, сначала молчала, потом сквозь зубы произнесла:
– Шарман! Владимир, вы откопали истинный бриллиант!
– Многоуважаемая Татьяна Ивановна, разрешите представить вам мою супругу Анну, – улыбнулся хозяин.
Девушка сделала реверанс.
– Неплохо воспитана, – произнесла Наталья, жена барона Игнатия Журова, и далее заговорила на французском.
Анна молча выслушала тираду и спокойно ответила на том же языке. Акцента в ее речи не было.
Все стали перешептываться.
