Александр сам приготовил ужин, о чем сообщил ей, кивнув на накрытый по всем правилам стол, стоявший прямо возле окна. Стол – ничего лишнего, прозрачный пластик, рядом с ним четыре прозрачных стула, которые, казалось, совсем не занимали пространства. Алене было даже страшновато садиться к столу – создавалась полная иллюзия, будто сидишь на краю обрыва."
"Но вовсе не стол, кухня и кулинарные таланты Барышникова привлекли внимание Алены. Она восхищенно рассматривала произведения искусства из личной коллекции Барышникова.
Они были развешаны на нескольких прозрачных колоннах, установленных в углах огромной гостиной. Алена легко распознала работы Дейнеки, Васильева, Герасимова и Левитана. Но вершиной коллекции был, конечно же, набросок Васнецова, висящий на самом видном месте. Сердце Алены забилось как бешеное. В ее огромной сумке, которой снабдила ее Изабелла, хранилась точная копия этого холста, и Алена с гордостью отметила, что ей удалось практически один в один воспроизвести оригинал. Она пока с трудом представляла, как ей удастся заменить одну картину на другую, но решила не торопить события.
Алена выразила искреннее восхищение коллекцией.
– Выиграно в честной борьбе, – лучезарно улыбнувшись, сообщил ей Александр, а Алена едва не поперхнулась вином, которое в этот момент отпила из бокала. Ничего себе, честная борьба – украсть произведение искусства! Впрочем, Барышников с этой своей мальчишеской челкой настолько не походил на человека, способного что-то украсть, что все ее естество противилось этой мысли.
– И «Аленушка» тоже? – стараясь говорить как можно менее заинтересованно, полюбопытствовала она.
– Нет, это картина деда. Она ему очень дорога. Мне кажется, это связано даже не с ее стоимостью, а с сентиментальной привязанностью. Поэтому он боится хранить ее у себя. Слишком старомоден, не хочет связываться со страховками и сигнализациями.
– А у тебя здесь есть сигнализация? – с замиранием сердца поинтересовалась Алена, которая никаких камер не заметила, впрочем, это ничего не значило.
В современных сигнализациях она разбиралась приблизительно как свинья в апельсинах.
– Есть, – кивнул Александр, – но я всегда отключаю ее, когда я дома.
– Не боишься?
– Не боюсь. Во двор просто так не заедешь – пропуск только у жильцов дома. И не зайдешь – на входе охранник. Чтобы попасть в подъезд, тоже требуется специальный ключ… Вот, смотри, кто-то отчаянный или слабоумный все-таки решил пробиться в гости без приглашения. Сама увидишь, что сейчас с ним будет.
