— Желаете, я Вам плечи разомну? Спину, руки, ноги? — искушает меня маленькая, но очень деятельная особа.
— Я бы с радостью, но ужасно хочется кушать, — улыбаюсь, рассматривая ставшие снова большими миндалевидные глаза.
— Прошу прощения, Избранная. Сейчас помогу Вам одеться и сразу принесу обед.
— Ая, давай так: ты идешь добывать пропитание, а я самостоятельно наряжаюсь. Не переживай, справлюсь, — подмигиваю девчонке. — До двадцати четырех лет дожила, одна.
— Совсем крошка, — выдает эта мелочь. Но, кивнув, оставляет выбранный мной наряд на скамье и покидает «ванную».
— Я быстро.
Хм, интересное умозаключение.
Да этой малышке самой, дай Бог, лет шестнадцать. Вот же очередная странность.
В малиновый костюм «брюки + платье» облачаюсь без проблем. Размер подходит идеально, как и удобные мягкие балетки. Ткань, на вид плотная, по факту оказывается легкой и дышащей.
Красота и комфорт.
Кручусь перед зеркалом и любуюсь сама собой.
Миленькая, же!
Невысокая, метр шестьдесят семь, не худая, пятьдесят пять килограммов.
Вполне стандартная внешность: серо-голубые глаза, прямой небольшой нос, губы обычные, средние."
"Как у нас говорят: натур-продукт. Ресницы свои, не приклеенные, брови — тоже, не сбритые и нарисованные по лекалу, губы без татуажа, ногти не нарощенные. И всё это ни потому, что такая принципиально правильная, просто повальная страсть обошла меня стороной.
И вот смотрю на себя и радуюсь. Обычные по отдельности черты, соединившись вместе, создают милашку, особенно в сочетании с чистой бархатной кожей, здоровым румянцем и ямочками на щеках.
Моя помощница появляется, когда я расчесываю и заплетаю в свободную косу влажные волосы. Они густые, длинные и вьются колечками.
— Ая, а сколько тебе лет? — спрашиваю, как только девчушка определяет поднос с едой на стол. Круглый, невысокий, расположившийся между двумя окнами и окруженный тремя креслами с высокими спинками. Очень удобно сидеть за ним и, вкушая деликатесы, любоваться на необычный пейзаж за окном: зеленый парк с вымощенными дорожками, большой пруд слева, а справа вдалеке виднеются темные горы.
— Пятьдесят девять. Но Вы не смотрите, что я юная. Обещаю, что буду справляться со своими обязанностями хорошо.
— Сколько?
Может послышалось?
— Ну, хорошо. Пятьдесят восемь с половиной, — смотрит из-под ресниц кареглазая.
— Ого! А совершеннолетие когда наступает? — сажусь в кресло и киваю девушке, чтобы тоже присоединялась.
