— Однако, ты не сдаёшься, — не спрашиваю, а утверждаю.
— Верно.
— Ищешь любую возможность, чтобы разбудить маму?
— Да, — переводит Ранур серьезный взгляд на меня. — Любую.
— Я бы сделала также, — стараюсь улыбкой подбодрить.
— Спасибо, — дракон пододвигает второе кресло ближе к моему и предлагает. — Объяснишь свои записи?
— Конечно, смотри, — показываю на первые три имени, записанные в столбик. — Айна, Сола, Хиль. Твои невесты?
— Да.
— Хорошо, — рисую фигурную скобку, а справа пишу: Ранур. — Это ты. Объединяешь их.
Понятно?
— Ранур? — проводит пальцем высший по своему имени, написанному русскими буквами.
— Верно, — киваю с улыбкой. — Смотри дальше. Яла, Оди, Зариль.
Перечисляю имена следующей троицы невест, а, нарисовав снова скобку, подписываю Садж.
— Это невесты блондина, — комментирую свои действия.
— Понял.
— Уни, Жалиль и Дерри, — показываю третий столбик, — невесты Закира.
— И что нам это даёт?
— Я знаю, как можно сократить число подозреваемых, — пожимаю плечами. — Но… только при условии, что нападение организовали именно из-за ревности.
— Я не позволю тебе рисковать, — качает головой высший, отодвигая лист в сторону и перехватывая мою ладонь. — Это может быть опасно.
— Жить вообще опасно Ранур, — не соглашаюсь, нахмурившись. — И, кроме того, мы с Ридой уже договорились.
— Алёна, твоя самостоятельность и целеустремленность порой пугают.
— У тебя есть три «розочки», — тыкаю пальцем в первый столбик. — Переключись на них, и никаких проблем. Будут только улыбаться, кивать и беспрекословно слушаться.
Чувствую, что меня немного несёт, поэтому сразу даю себе мысленную «оплеуху».
Вот же ревнивица.
Еще вчера, узнав имена трёх дракониц, предназначенных и подходящих Рануру, вся извелась. Даже уснуть долго не могла. Вертелась, как уж на сковородке, то скидывая одеяло, то возвращая, то взбивая подушку.
Сама не знаю в какой момент приписала этого высшего себе, однако, даже в мыслях уже не допускала конкуренток.
Пусть думает, что хочет, но второй жены у него не будет…
Или я никогда не стану первой.
— Э-эй, не злись, — улыбается брюнет, касаясь моей щеки. — Ты даже не представляешь, какое это чудо: не пытаться контролировать себя ежеминутно, а просто делать то, что желаешь. Касаться лица, волос, держать за руку, обнимать. И знать, что твоей паре комфортно и приятно. Она не терпит тебя из-за необходимости, как все остальные.
Высший переводит взгляд на листок с записями и снова возвращает ко мне.
