Давайте сейчас перекусим, а потом вам обеим необходимо поспать. Вы выглядите словно потрепанные кошки. Здесь вы можете отдохнуть, чувствуя себя в безопасности.
— Дело слишком срочное, оно не может ждать до завтра, — воспротивилась Стефани.
— Подождет. Знаете, что главное, когда варишь кашу? Не дать ей закипеть. Она должна томиться в кастрюле, на малом огне и под закрытой крышкой. И только тогда кукурузная крупа грубого помола превращается в амброзию. Вот пусть и наша каша потомится несколько лишних часов, а потом я расскажу вам, что у меня на уме.
62
Вена
Торвальдсен вернулся в оконную нишу, но продолжал сосредоточенно прислушиваться к разговору, происходившему внизу. В свете того, что вице-президент находился здесь, в шато Херманна, вся ситуация представала совершенно в новом свете. Он кинул быстрый взгляд на Гари и поднес палец к губам.
Внизу звякнули бокалы.
— За нашу дружбу! — провозгласил Херманн.
— Именно это мне в вас и нравится, Альфред. Преданность. В наши дни это качество встречается нечасто.
— Возможно, ваш начальник думает так же.
Второй мужчина хохотнул.
— Дэниелс — дурак. У него примитивные взгляды на мир и на жизнь.
— А себя вы могли бы назвать преданным человеком?
— На все сто процентов. Я терпел Дэнни Дэниелса целых пять лет и делал все, что он хотел: улыбался, защищал его, принимал на себя предназначенные ему оплеухи. Но больше я не могу. И не только я, американцы не могут.
— Надеюсь, это время не прошло даром.
— Я годами создавал союзы, завоевывал друзей, умиротворял врагов.
У меня есть все необходимое…
— Кроме денег.
— Я бы так не сказал. Мне было предоставлено достаточно обязательств для того, чтобы начать действовать. Мои арабские друзья продемонстрировали чрезвычайную щедрость.
— Орден также ценит тех, кто оказывает ему поддержку. До сих пор ваш президент не проявлял особого дружелюбия по отношению к мировому бизнесу. Создается впечатление, что он тяготеет к повышению налогов, торговым ограничениям и открытой банковской системе.
— Уверяю вас, многие в Вашингтоне не разделяют взглядов Дэниелса.
Звуки снизу позволили Торвальдсену понять, что мужчины сели, и он снова подкрался к перилам. Херманн расположился в кресле, а вице-президент — на одной из стоящих в библиотеке кушеток. Оба держали рюмки с коньяком.
— Израильтяне пытаются выяснить суть происходящего, — сказал вице-президент. — Им известно, что Звено раскрыто.
— Я знаю, — ответил Херманн. — Один мой… гм… партнер как раз занимается этим.
