"
"— «И двинул Аврам шатер, и пошел, и поселился у дубравы Мамре, что в Хевроне; и создал там жертвенник Господу», — процитировал Грин и пояснил: — Мамре — это нынешний Хеврон, он находится на Западном берегу реки Иордан, на землях, которые Господь отдал евреям, после чего Аврам стал Авраамом. Этот коротенький отрывок из Библии лежит в основе всех существующих на Ближнем Востоке разногласий.
Это ей также было известно. Конфликт на Ближнем Востоке между евреями и арабами не являлся политическим, как считали многие.
Это был извечный и бесконечный спор по поводу Слова Божия.
— А вот еще один любопытный факт. Вскоре после того, как Малоун спрятал Хаддада, саудовцы прислали в Аравию бульдозеры и стали стирать с лица земли целые поселения. Эта операция по уничтожению продолжалась три недели. Людей переселяли, а дома разрушали до основания. Теперь от тех поселений не осталось и следа. Поскольку все происходило в закрытой части страны, эта история не получила освещения в прессе и вообще не привлекла к себе внимания.
— Зачем это понадобилось? Такой поступок выглядит экстремальным даже для саудовцев.
— Сколько-нибудь внятного объяснения так и не прозвучало. Но они пошли на это вполне сознательно.
— Мы должны знать больше, Брент. Это необходимо Коттону. Ему предстоит принимать важные решения.
— Час назад я говорил с помощником советника президента по национальной безопасности. К моему удивлению, выяснилось, что он знает об этом даже меньше, чем я. Он что-то слышал про Звено, но предложил мне поговорить на эту тему с другим человеком.
Стефани сразу поняла, о ком идет речь:
— С Ларри Дейли.
Лоуренс Дейли служил заместителем советника по национальной безопасности, был близок к президенту и вице-президенту. Дейли никогда не появлялся в воскресных ток-шоу, не был замечен на Си-эн-эн и телеканале «Фокс». Он был брокером власти, всегда остающимся за кулисами, посредником между Белым домом и остальным миром политики. Но тут возникала проблема.
— Я не доверяю этому человеку, — сказала она.
Грин распознал тайный смысл, крывшийся в ее словах, но ничего не сказал и лишь смотрел на нее всепроникающим взглядом своих серых глаз.
— Мы не можем контролировать Коттона, — пояснила она. — Ему предстоит сделать то, что он должен сделать. А сейчас им движет ярость.
— Коттон — профессионал.
— Когда смерть грозит близкому человеку, все меняется.
Стефани говорила со знанием дела. Совсем недавно ей пришлось сражаться с призраками собственного прошлого.
