Он хочет встретиться на ринге с мистером Т, но Микки говорит: «Ни в коем случае. Он тебя убьет». При мысли о том, что он, возможно, не так хорош, как сам думал о себе, Роки приходит в ярость. Разумеется, Микки умирает, а Роки нокаутирует мистера Т.
Последнюю фразу президент произнес уважительно.
— Дейли — это мой Микки, — почти шепотом произнес Дэниелс. — Он организует мои бои. А я — как Роки. Мне это тоже не нравится.
— И вы тоже об этом не знали?
Президент покачал головой. На лице его читалась смесь раздражения и любопытства.
— Я сам собирался прищучить Дейли, когда узнал, что вы тоже взяли его в оборот. Вы действительно использовали для этого девочку по вызову? Что ж, в изобретательности вам не откажешь. В тот день, когда мне сообщили об этом, мое мнение о вас резко изменилось. Мои люди не обладают таким творческим потенциалом.
— Откуда вам стало известно о том, что мы взяли Дейли в разработку? — не могла не поинтересоваться Стефани.
— Мои ребята обожают подслушивать и подглядывать, вот они этим и занимались.
Нам было известно о флэш-картах и о том, где он их прячет. Мы просто сидели и ждали.
— Но мы проводили расследование несколько месяцев назад. Почему же вы ничего не предприняли?
— А вы?
Ответ был очевиден для Стефани.
— Я не могла его уволить, а вы могли.
Дэниелс уперся руками в подлокотники и передвинулся на краешек кресла.
— Скандалы — всегда скверная штука, Стефани. Ни один человек в этой стране не поверил бы в то, что я ничего не знал о проделках Дейли. Да, я должен был убрать его, но так, чтобы не оставить отпечатков пальцев.
— То есть вы предоставили Дейли самому уничтожить себя? — уточнила Кассиопея.
Дэниелс повернулся к ней.
— Этот вариант был бы наиболее предпочтительным, но выживание — специальность Ларри, и, должен сказать, он в ней преуспел.
— Что у него есть на вас? — спросила Стефани.
Ее нахальство, похоже, скорее позабавило, нежели разозлило президента.
— Если не считать компрометирующих фотографий, на которых я сношаюсь с козлом, не так уж много.
Стефани усмехнулась.
— Извините, но я была обязана задать этот вопрос.
— Разумеется. Теперь я понимаю, почему вас многие недолюбливают. Вы любого можете достать до печенок. Но давайте все же вернемся к моему вопросу, который вам обеим, судя по всему, показался не заслуживающим внимания. Почему Брент Грин хотел говорить напрямую с Малоуном?
Стефани припомнила то, что услышала от Дейли в музее.
— Дейли сказал мне, что Брент мечтает стать следующим вице-президентом.
