— Рядом со мной был толмач, который переводил мои слова. При этом старался не засмеяться. Но взглянув на меня, моментально бледнел. Так как, мой взгляд обещал ему плетей на конюшне. Один раз парень не выдержал. Я как обычно пришла его проведать. Ощупала его живот. Дарёна под моим приглядом смазала ему шов мазью, которую готовила специально, для лучшего заживления. Когда я хотела уходить, Карл схватил меня за руку.
— Ваше Высочество, принцесса, пожалуйста не уходите.
Я посмотрела на его руку, которой он держал мою.
Взгляд мой, я постаралась, был тяжёлым.
— Маркиз, руку мою отпусти. — От резко отцепился. — В следующий раз, если ещё попытаешься меня схватить, я тебе твою руку сломаю. Опять придётся тебя лечить. Не смей прикасаться ко мне.
— Простите, Ваше Высочество. Простите меня. Я не хотел Вас оскорбить. — Толмач успевал только переводить. Маркиз побледнел.
— Хорошо. Что Вы маркиз хотите?
— Пожалуйста, зовите меня просто Карл.
— Хорошо. Карл, что Вы хотите?
— Просто, побудьте ещё немного со мной.
Я улыбнулась. Боже мой, мальчик влюбился, какой кошмар. Я побыла с ним. Мы с маркизом мило поговорили. Он начал включать куртуазность. Это было модно при европейских дворах. Я его слушала, благосклонно склонив голову. Мы поговорили на разные темы. В том числе, на темы куртуазной любви и поэзии. Обалдеть. Никогда за собой такой лажи не замечала. Саша, ну ты даёшь стране угля! Я ему даже читала стихи. Правда не знаю, как толмач справился. Но это было не главное. Главное началось позже. Так как толмач был местным, он инфу слил Ивану.
Это я поняла позже. Утром, как обычно выскочила из терема для утренней пробежки и махания шестом. Ваня был мрачен. Но ничего мне не говорил. Пробежались, постучали палками. Получила опять по заду шестом, причём больнее, чем прежде. Стояла тёрла рукой свою пятую точку. Смотрела на него непонимающе. Ваня тоже молчал и был немногословен. Только яростно сопел.
— Ваня, ты чего злой с утра такой? — Спросила его.
— Я не злой.
— Перестань, я же вижу.
Что-то случилось?
— Ничего не случилось, царевна. Прости, что ударил тебя.
— Да нормально всё. Только ты как-то совсем жёстко. У меня всё там горит огнем. Будет синяк.
— Прости за это, Александра. — Сначала не поняла до конца. Чего-то не хватало, но Ваня молчал. В глаза старался не смотреть. Только позже поняла, он не назвал меня, как обычно по отчеству.
Когда вернулись на подворье, заметила какие он злые взгляды бросал на то крыло терема, где лежал юный маркиз.
