Потом вытащил из-за обшлага правого рукава свернутый в трубочку свиток. Бросил его на стол.
— Это твоё долговое обязательство?"
"Андрей взял свиток, развернул его. Да, это было его долговое обязательство, которое он давал одному литовскому купцу.
— Моё. — Андрей положил свиток на стол. — Что вы хотите от меня? Я не смогу сейчас вернуть эти деньги.
— И деньги и проценты по ним, так, Андрей Рукавица? — Задал вопрос Божен.
— Так. Но ты же, сержант, знаешь о моём положении. К чему вопросы такие? Дом забирайте.
— А ты где будешь жить? В землянке?
— Да хоть бы и в землянке.
— Но ты то ладно, можешь вообще под кустом в чистом поле спать. А дочь твоя? Ты же понимаешь, что её забрать могут в счёт долга, в закупы. А что с такой юной и красивой девушкой в закупах у хозяина бывает, тоже же знаешь? — У Андрея желваки заходили на скулах. Он посмотрел на Божена тяжёлым взглядом. — Не надо так смотреть на меня, купец. Нашей вины в твоём горе нет. А дом заберём, если не договоримся. Илья хочешь в таком доме жить? Ну а что? Женишься.
Я специально у Царевны-матушки попрошу, чтобы невесту тебе какую сосватать. Ей не откажут. Например, какую купеческую дочь возьмёшь. Выберем тебе самую богатую, красавицу в теле, в два обхвата. Дородная, есть за что подержаться. Детей кучу наплодите. В этом доме это в самый раз. Главное, ложе супружеское не сломайте. Поэтому сразу надо о нём позаботиться. Крепким сладить, дубовым. — Божен посмотрел на хозяина терема, усмехнулся. — Хороший дом у тебя, Андрей сын Игната.
Добротный, сразу видно с любовью деланный. Вон, наличники какие расписные, красивые. И петушок на спице на коньке крыши, тоже расписной.
— А чего это ты мне сватаешь девицу в два обхвата? — Илья недовольно посмотрел на Божена.
— А какую? В три обхвата? Ладно и такую найдём. Купцов в Москве много. А хочешь, боярышню какую? Ты кто у нас, Илья? Ты сержант Корпуса. Будущий офицер. Но самое главное ты один из шести палатинов Царевны Александры Вячеславовны. А это высокая честь! Так что, брат мой, с невестами недостатка не будет.
— Вот и бери себе сам, невесту в два и даже три обхвата. — Илья продолжал возмущённо смотреть на Божена.
— И возьму, когда время придёт. Я люблю в девках дородность, чтобы как пышный пирожок была. Дородность, брат мой, это признак здоровья, что не хворая какая. А значит и детишками тебя одарит от души. Да ты вон у Андрея Игнатьевича спроси, он тебе такое же скажет.
— Мне другие девы нравятся. — Ответил Илья.
