Тем более слухи о божественном чуде в Свято-Троицкой Сергиевой лавре уже во всю разнеслись по Москве, да и не только по ней. Но некоторые бояре всё же были недовольны. Один из них задал Василию вопрос:
— Как же так, Великий Государь? На Руси не было ещё такого, чтобы владетель Руси брал в жёны вдову. Разве мало девиц?
— Тебе чем-то, Давыд Васильевич, не нравится Царевна Александра? — Тут же задал вопрос Василий, сидя на троне.
— Что ты, Великий Государь. Царевна всем хороша, но вот вдова она.
— И что? Она вдова воина.
В чём тут может быть позор и бесчестие для меня, для всей Руси? Да она больше для нашей державы сделала, чем некоторые, кичащиеся своей родословной и древностью рода. Хотя у неё она, эта родословная, поболее будет, чем у любого сидящего здесь. И Церковь наша не против. У Владыки спросите. Чудо в лавре было. Царевна то ездила туда узнать будет ли благословлён Господом нашим замужество её. Оказалось, что уже благославлен. Кто-то хочет оспорить волю творца нашего?
— Истинно так, Великий Государь.
— Проговорил Митрополит Варлаам. — Сам я в сомнениях был. Скажу прямо не одобрял я намерения Великого Князя. Да только в лавре узрел чудо Господне. Покров Богородицы на Царевне, лик её пресветлый и длань её. И понял я, что нельзя противится тому, что Господом нашим предопределено. Поэтому я сам венчать буду, Великого Государя и Царевну.
После слов Митрополита, больше никто из бояр не стал задавать не нужных вопросов. Москва гудела. Столько новостей! В Свято-Троицкой Сергиевой лавре случилось чудо Господне.
К Царевне Богородица являлась. Тому были свидетели сам Митрополит, игумен и многие монахи. И ещё новость вдовый Государь жениться… На Царевне Александре. В церквях мололись и били в колокола. Я с удивлением видела, что люди радуются. На площадях разные юродивые кричали: «Радуйтесь православные, ибо истинная Матушка у вас будет. Благословленная».
С одной стороны такое обожание и пропаганда в мою пользу, это хорошо. Но с другой стороны, как известно любовь народа штука такая, от безграничного обожания может быстро перейти к яростной ненависти.
Главное не переступить эту незримую черту. Но с этим будем работать."
"Всё это время, я всё думала, как подкатить к Джованно, на кривой кобыле, насчёт тайнописи тамплиеров. Причём, подкатить так, чтобы это не вызвало ненужных подозрений. Брат Джованно, который с ним прибыл из Рима, для моего соблазнения, Господи, ну что за народ, остался не востребованным. Я его в наглую проигнорировала.
