— Государь, мы за этим столом снедать будем?
— За этим.
— Тогда позволь мне убраться на нём?
— Дозволяю.
Аккуратно сложила книги стопкой, посмотрела на него вопросительно. Он как сидел в кресле, так и не встал, с интересом за мной наблюдая. Да, ладно, чай не рассыплюсь и не растаю.
— Убери вон на те полки. — Показал мне рукой. Убрала. Туда же поместила и свитки. Оглядела столешницу. Не плохо бы было протереть её.
— А тряпочку влажную?
— Зачем?
— Стол протереть.
— Эй, Федька! — Заглянул тот же бородатый боярин Федька.
Я чуть не рассмеялась. Как он бояр, Федька, Ванька, Васька. Жёстко. — Тряпку влажную принеси. — Боярин удивлённо взглянул на Великого Князя, но задавать вопросов не стал, от греха подальше, исчез за дверью. Вскоре вновь появился. Зашёл, в руках держал целый ком мокрой ткани. Я закатила глаза. Блин! Заставь дурака богу молится, он себе лоб расшибёт.
— А поменьше нельзя было? Я не пол собираюсь мыть! — Сказала недовольно ему. — Оторви кусок. — Боярин попытался оторвать, но ком у него размотался и свесился до пола.
— Господи, боярин, ну что же так неумело?
Ткань оказалась крепкой. Оторвать не получалось. Посмотрела на Князя. Он с интересом наблюдал за этим цирком. Ухмылялся.
— Государь, отрежь, будь добр, кусок. — Попросила его. Он встал подошёл к нам. У него за поясом был серьёзный такой кинжал. Настоящий тесак, с богато украшенной рукоятью. Вытащил его из ножен. Лезвие сверкнуло голубоватой сталью. Чиркнул по материи и в руках боярина остался кусок. Я забрала.
— Убери.
— Услышала, как Василий сказал боярину. — Свободен. Где снедь?
— Уже несут, Государь.
Я стала протирать столешницу. Зад у меня зачесался. Он точно на него пялился. Этого мне ещё не хватало! Вдруг он сказал:
— А не поторопилась ли ты с замужеством, Александра?
Ну вот, начинается то, чего я опасалась! Протёрла стол. Повернулась к князю. Он стоял и смотрел на меня.
— Нет, Государь. Не поторопилась. Вдовий срок я отходила, больше года. А за Ваню, я по любви выходила. Люб он мне. Сердцу то не прикажешь, Государь.
Да и защита мне нужна была. И так одни с Еленой остались.
В дверь постучались. Заглянул боярин Федька.
— Снедь принесли, Государь.
— Заноси. — Он прошёл и сел в кресло. Стали заносить блюда. Да мама дорогая. Ничего себе, поснедать. Тут на роту точно притащили. Поставили на стол пару кувшинов серебряных. Два кубка. Золотых. Боярин взял один из кувшинов и посмотрел на Василия. Тот кивнул на меня.
— Царевна? — Спросил Фёдор.
— Наливай.
