Полюбовался на красочные миниатюры, нарисованные вручную, тронул искусно сплетенную из кожи закладку и прочитал:
— Де-ка-мерон. Бокаччо.
Огладил еще несколько картинок-миниатюр, затем наскоро просмотрел десяток страниц из середины и непосредственно титульный лист, после чего освидетельствовал переплет и деловито кивнул, вставая:
— Писано на французском, в году одна тысяча четыреста девяносто пятом. Как ни удивительно — тот самый раритет, который изредка попадается среди всего этого книжного мусора.
Прямо даже и не знаю, как это нас никто не опередил?
Впрочем, ответ на собственный вопрос мужчина знал прекрасно.
— Милая, сколько же стоит такая красота?
Купчиха, недружелюбно сверкнув глазами, спокойно ответила:
— Пятьсот рубликов серебром, милок!
— Обе?
— Каждая! Сразу скажу — и не старайся, не скину.
— Хм. Вот вам и причина, Григорий Дмитрич.
Вернее было сказать — первая причина. Вторая как раз нервничала в предчувствии того, что столь ценная добыча может уйти.
Обычное дело — соберутся барышники ватажкой в пять-шесть человек, да давай изводить продавца насмешками да пустяшными предложениями, вовсю сбивая цену. Покупателей, могущих дать настоящую цену, еще на подходах заворачивали, а сами кружили и кружили вокруг своей жертвы до тех пор, пока она не сдавалась, ну, или не шла на большие уступки. Сколько раз он такое видел — уже и не счесть!..
Долгин еще раз погладил потертую обложку с вытесненным названием, довольно улыбнулся и нырнул рукой внутрь сюртука.
Достал денежный рулончик, чуть-чуть помедлил, что-то припоминая, затем ловко отделил три сотенных бумажки. Вернул их в карман, а остальное протянул вперед:
— Беру. Скажите, уважаемая, а еще что-то подобное у вас имеется? А то бы я по случаю прикупил."
"Аккуратно пересчитав радужные банкноты и спрятав их куда-то в одежду, купчиха заметно подобревшим (а еще повеселевшим) голосом ответила:
— Может что и найдется, для хорошего-то человека.
Внезапно словно тень набежала на ее лицо:
— Батюшкино наследство.
Ярославцев, сам недавно полной чашей хлебнувший купеческих невзгод, без труда догадался, что к чему. Да и чего догадываться — или вдовой недавно стала, или муж в долгах, как в шелках.
— Муж?
Легчайший, почти незаметный кивок только подтвердил его правоту. Меж тем, перекупщики, окончательно поняв что добыча прямо на их глазах уплывает какому-то там чужаку, решили возмутиться.
