В компании имени Карла Цейсса появление новых (вообще-то, любых) конкурентов не приветствовалось, французы и англичане проявили в этом вопросе удивительную солидарность с немцами… Как и имперские производители оптического стекла. К счастью, среди последних были не только такие, как братья Трындины — меценаты, просветители и так далее. Но и такие как фирма Федора Швабе, которая принадлежала выходцу из Швейцарии, а в управляющих имела ганноверского подданного баварского происхождения. К тому же обладающего весьма примечательной фамилией.
В излишней благотворительности сей торговый дом не был замечен ни разу, просветительством и прочими благоглупостями тоже не увлекался… Одним словом — очень даже подходящий вариант. Кстати, сам основатель фирмы уже давно успел и обрусеть, и отойти от дел, и более того — даже и умереть. В отличие от баварца Давида Альберта Гамбургера, мужчины в самом расцвете сил и амбиций, уверенно ведущего вверенное ему предприятие в светлое капиталистическое завтра.
Ну как с таким не поработать?
— Как я недавно узнал, правление кампании ведет переговоры с неким инвестором из Швейцарии, которого заинтересовало участие в фирме Швабе. Речь идет о продаже как минимум тридцати пяти процентов паев, и к сожалению, помешать совершению будущей сделки нет никакой возможности.
— Личность покупателя неизвестна?
— Увы. Все переговоры ведутся через банк Юнкер, и единственно, что удалось узнать — корреспонденция уходит на адрес кредитного заведения Хотингера.
То есть, очередного посредника.
— Н-да, печально. А что же оставшиеся паи? На какое количество можно рассчитывать при соответствующем подходе?
— К сожалению, должен признать, что любая попытка серьезного давления на Гамбургера чревата большой ссорой. Для начала с банком и торговым домом братьев Юнкер, а через них — с Вогау.
Папка докладчика окончательно похудела, расставаясь с последней аналитической справкой, самой пухлой из всех. Впрочем, и без нее оружейный магнат понимал, о чем, вернее о ком идет речь, так как с заведением Юнкеров он был знаком даже лучше, чем сам Горенин.
Потому что именно через него и обналичивалась большая часть кредита от Дрезднер-банка. Ну а ""Торговый дом Вогау и Ко"" негласно возглавлял всю немецкую торговую общину Москвы. Разбирал споры, улаживал конфликты, при необходимости помогал деньгами, пристраивал к делу молодое поколение русских немцев. Можно сказать, был первым среди равных.
