К тому же, князь Агренев явно пребывал в весьма скверном расположении духа. А ведь молодости свойственны нетерпимость к ошибкам и резкие суждения! Как, впрочем, и скорые решения. После которых один студент, один отставной капитан и их научный руководитель вполне могут оказаться, фигурально выражаясь, ""у разбитого корыта"". А вот это Троицкому сильно не нравилось. Очень сильно.
— Идут.
Нетерпеливый студент первый заметил, как отошел в сторону молчаливый страж двери, пропуская вначале его сиятельство, а потом и Попова.
На последнего было страшно смотреть — еще утром жизнерадостный, с энергичными движениями и громогласной речью, теперь он походил на столетнего старика, шаркающего ногами из последних сил. Непонятная бледность на лице, разом постаревшие глаза… По всему выходило, что разговор с работодателем для Александра Степановича вышел и непростой, и неприятный. Как оказалось, вдобавок он и не думал заканчиваться.
— Господа, не могли бы вы составить нам компанию? Благодарю.
Итак, позвольте, я вам объясню, чем именно вы занимаетесь под руководством господина Попова."
"Ассистенты последнего недоуменно переглянулись — они и без того это прекрасно знали. Но спорить или уточнять все же не рискнули, так как приветливая улыбка князя ощутимо давила, делая невозможными любые возражения.
— Все вы знаете Генриха Герца, вернее его передатчик. Не так ли? В свою очередь, ваш научный руководитель работает над уверенным приемом его сигналов, параллельно увеличивая дальность передачи, а вы ему помогаете, в меру своих сил.
Успешное завершение исследований приведет к созданию нового вида связи. Без проводов, с возможностью установки на движущихся объектах… Петр Николаевич!
Младший по возрасту ассистент непроизвольно вздрогнул.
— Как вы считаете, подобная связь найдет себе применение?
— Несомненно, ваше сиятельство, самое широкое.
— А будут ли довольны телеграфные компании появлению такого сильного конкурента?
— …?
— Кстати, господа из ""Сименс и Гальске"", или ""Эрикссона"" еще не интересовались вашими успехами? Странно.
Попов, и без того не шибко радостный, помрачнел еще больше.
— Благодарю. Теперь вы, Дмитрий Сергеевич.
Ледяная вежливость князя при обращении к ассистентам куда-то пропадала, являя разительный контраст с обращением к руководителю исследований. ПОКА руководителю.
— Скажите, а вот эта новая связь. Она применима для кораблей?
— Вне всяких сомнений.
