Две нижние полки, размером поменьше, одна полностью, другая наполовину были заполнены упаковками банкнот. Гульдены, франки, марки, фунты стерлингов, рубли, доллары, швейцарские франки. Глаза разбегались! А ведь еще и золотые монеты присутствовали, и немало.
«Так, вдохнули-выдохнули и дальше двигаемся. Ух!!! Спокойно, спокойно…»
Чемодан вместил три четверти всех пачек. Все остальное пришлось пихать в саквояж и засыпать сверху золотом – сколько влезло. Тяжеловато получилось, даже, скорее, тяжело. Килограмм сорок будет точно, вернее – пятьдесят.
Ничего, можно и потерпеть. И потерпит! Еще чуть-чуть по карманам, и все, полки девственно пусты.
– Господин управляющий, прощайте. От имени всех членов моей партии, я благодарю вас за содействие и проявленную чуткость!
– Мм! МММ!!!
– Да-да, и вам всего наилучшего…
«Ну, последнее усилие, и все будет хорошо».
Подняв и загнав всех с первого этажа в хранилище (и не забыв сходить за казначеем), князь закрыл подвальную дверь на замок (спасибо управляющему и его связке ключей) и принялся глубоко дышать, успокаиваясь.
Осторожно приоткрыв створку входной двери, солидную, дубовую, он поглядел в щель. Зря переживал – до него никому не было ну совершенно никакого дела. Оцепление вокруг дымящегося пятна, беготня пожарных, толпа зевак на почтительном удалении (и почти рядом с банком), громкий гул голосов – все это обещало безопасный выход.
Свободных извозчиков было просто до неприличия много, поэтому уже две минуты спустя князь с приличной скоростью удалялся от такого опасно оживленного места.
Тем более что оживления скоро будет еще больше, а он всегда сторонился ненужной популярности.
Через пять кварталов пересев в другой экипаж (а заодно и сменив свой парик с усами), он за десять минут добрался до квартиры. Быстрое обтирание мокрым полотенцем, еще более быстрое переодевание и аккуратное перевоплощение перед зеркалом в пожилого человека: парик и усы с шикарными бакенбардами, легкая проседь в волосах, тональный крем в кожу.
Любовно поправив стопочку листовок с революционными воззваниями на польском и венгерском языках (все для удобства жандармов), Александр приступил к увлекательному делу – перекладыванию пачек денег в специальный фальш-живот (ох и намучился он, объясняя Марысе, что ему надо!). Влезло не меньше половины чемодана, еще немного – опять в карманы. Все остальное пришлось уже привычно утрамбовывать в многострадальный кофр.
«Плохо. Надо было подумать и об этом».
