По второму возникли небольшие сложности. Станочный парк в Варшавских оружейных мастерских откалиброван под линии, поэтому ствол точно на девять миллиметров оказалось несколько затруднительно изготовить. Но мне твердо обещали!
– Время терпит, Валентин Иванович. Месяцем раньше, месяцем позже, мне без разницы.
– По патронам. К «рокоту» имеется две тысячи готовых, остальные будут позже. Я указал перейти на изготовление патронов к уже собранному, под три линии. Позвольте осведомиться, каково будет прозвание готового пистолета?
– Давайте подождем испытаний, там и определимся.
Но «орел» останется «орлом», не сомневайтесь.
– Хорошая новость по поводу небольшого сталелитейного производства. Общество первого антрацито-чугуноплавильного и железоделательного завода Д. А. Пастухова. Там имеется небольшая тигельная печь, и они с радостью взялись исполнить ваш заказ.
– Отменно. Вы прямо балуете меня хорошими вестями, Валентин Иванович. Когда же пластины будут готовы?
– Через неделю поеду забирать, Александр Яковлевич.
– Разместите еще один заказ. Прошу, вот эскизы.
– Что-то вроде составной кирасы? А зачем так далеко? В Варшаве выделают не хуже.
– Вам виднее, в Варшаве так в Варшаве. Что по станкам?
– В «Илис-Блитц» уже приступили к производству прессов и штампов. Следующим на очереди паросиловой привод на цеха и почти одновременно – основной станочный парк. Пришло письмо из Германии: господин Циммерман с радостью поставит нам все требуемое.
– Радость его понятна – с такими-то ценами. А общая сумма и сроки?
– Вот, прошу. К письму приложен подробнейший расчет с разбивкой по каждому станку и график платежей.
– Прекрасно. Но, пожалуй, я ознакомлюсь с ним позже. Валентин Иванович, вы прекрасно управляетесь со всеми моими делами. Поэтому я думаю, что будет вполне справедливо увеличить вашу награду за труды до пятисот рублей в месяц. Пока до пятисот.
– Ваше сиятельство, служить вам большая честь для меня!
– Полноте, Валентин Иванович, это я без вас, как без рук.
Улучив подходящий момент, Александр съездил на денек в Варшаву. В городе наличествовало довольно большое отделение Русско-Азиатского банка, и корнет сильно рассчитывал, что ему как старому клиенту не откажут в кредите. Проверив счета и полюбовавшись нулями в них (лицензионные отчисления пусть и мизерно, зато стабильно капали), Агренев попросил проводить его к управляющему.
