После обеда, вымыв посуду в остатках воды, я все-таки решила оглядеться. В особняке было три этажа, окна почти везде были изнутри заколочены черной тканью, из-за чего везде было темно, да и общий вид был какой-то… траурный.
— Чтобы обои не выцветали, — авторитетно пояснил Марк.
Он с трудом поднялся на второй этаж, останавливаясь отдохнуть на каждой ступеньке.
Я кивнула, привычно придерживая Марка за локоть.
Мрачное впечатление от дома усиливала мебель, накрытая белой тканью, так что шкафы, кресла и столы становились похожи на привидений.
— Хочешь потрогать? — засмеялась я, когда Кори потянулся к куску ткани и попытался его снять.
Малыш гукнул и сунул мой палец себе в рот, заворочался, пытаясь осмотреться. Нужно найти для него место, где он мог бы ползать и играть.
Я поежилась. Вот, что мне казалось самым странным в этом доме: здесь было очень тихо. Настолько, что даже треск корабельных сосен снаружи не мог разогнать эту тишину. Очень тихо и очень холодно.
От этого становилось жутко, невольно в голову лезли истории о призраках и прочих монстрах.
— Ладно, — решила я. — Я пойду проверю третий этаж. Побудешь пока здесь?
Хотелось намекнуть Марку, что неплохо бы поберечь больную ногу, но он ненавидел, когда я «тыкаю его в старость носом».
— Зачем тебе туда, девочка? — тут же насторожился старик. — Ничего там хорошего нет, так же все, как здесь.
— Ну я же экономка, — растерялась я. — Нужно хотя бы дом осмотреть.
— Не ходила бы ты туда. Высоко, что ты там не видела? Так же, как и тут.
— Я все-таки схожу. Поиграешь пока с Кори?
Не нравился мне тон Марка. Что бы там ни было — лучше малыша туда не тащить.
Вопреки моим опасениям, ничего страшного или необычного я на третьем этаже не нашла. Коридор, комнаты, такие же пустые, как и те, что располагались на втором.
Одна из комнат была заперта, и пришлось повозиться, чтобы подобрать ключ. Я бы, наверное, сдалась и решила продолжить исследования позже, но вдруг связка упала на пол, как будто кто-то вырвал ее у меня из рук.
Один ключ отделился от пучка остальных — его-то я и вставила в дверь.
Замок щелкнул, створка легко поддалась.
Войдя внутрь, я оказалась в небольшой, но когда-то явно уютной гостиной с фортепиано в углу. Не удержавшись, я подошла ближе, приподняла белую ткань, тяжелую деревянную крышку и нажала несколько клавиш. Звук был резким и дребезжащим — расстроено, конечно.
Много у меня с этим фортепиано общего.
