Неужели в самом деле за всем произошедшим, и за сумасшествием моего отца, и за «изменой» Алисы, и за покушением на меня, стоял Гарри и его очередные микстуры? Выходит, старая жена Вензалеса тоже «сошла с ума и разорвала когтями грудную клетку» не просто так? У него дома должны найтись какие-то записи по этому поводу, Гарри был удивительно педантичен в том, что казалось его разработок.
Но это уже не моя проблема. Скоро им займутся комиссары, главное — пускай держится подальше от Алисы.
«Ты ведь любишь эту девчонку, а?»
Прищурившись, я смотрел на дверь особняка, который вдруг перестал казаться таким зловещим.
Мычание Гарри, который по-прежнему не мог открыть рот и толком пошевелиться, звучало, как музыка.
Я невольно вспомнил, как красиво Алиса врезала Гарри, и улыбнулся.
Хорошо поставленный удар, умение проводить экскурсии, зарабатывать деньги из ничего, врать напропалую, пугать народ призраками и печь невероятно вкусные пирожки из хлеба с луком и яйцом — что я еще о ней не знаю?
Хотелось узнать все.
Уверен, она не устоит перед драгоценностями, или перед землями, или перед дорогими платьями.
Или перед чем угодно другим, что полагается дарить девушкам, чтобы заслужить симпатию и прощение. Ведь не устоит же?
У меня были возможности для того, чтобы исполнить любые ее желания, и я собирался ими воспользоваться.
Алиса
Я не помнила, как вошла в холл. Как бросила в моей комнате узелок с вещами, как почесала между ушей Уголька, как спустилась на кухню, как успокоила Кори.
— Сейчас.
Сейчас-сейчас, — пробормотала я.
От пережитого меня трясло. Горло как будто сжимала невидимая рука, на глаза наворачивались слезы. На обратной стороне век как будто отпечаталась ухмылка Гарри, то, как его лицо превращается в драконью морду, как когтистая лапа тянется к Кори, и я ничего, совсем ничего не могу с этим сделать.
— И? — спросил Кори, когда я вытащила его из кармана шали и лихорадочно прижала к себе, вдыхая теплый младенческий запах.
Мой малыш.
— Абсолютно точно — и, — дрожащим голосом пробормотала я, укачивая его на руках.
Кори здорово перепугался, но сейчас держался молодцом, даже перестал плакать. Режим сна мы все равно сбили, так что…
— Сейчас я согрею для тебя смесь, — пообещала я, сглатывая слезы, — и мы пойдем спать. Да? Да!
Я поцеловала Кори в лобик и снова обняла так крепко, что он принялся недовольно возится.
— Вуф? — спросил Уголек, который, конечно же, пошел вслед за нами.
Хорошо бы завтра найти целителя в городе.
