Мне кажется, она была менее взволнована, когда я делал ей предложение. Хотя нет, тогда она тоже разволновалась и часто задышала. Так, что было на что посмотреть. — Там на третьем этаже в гостиной горлица! С птенцами!
И эта с птенцами.
Вспомнив Алисиного ублюдка, я усмехнулся и тут же нахмурился. Тот, в отличие от Алисы, был розовощеким и абслютно на вид здоровым. А Алиса… мне показалось, или она еле ходит? Какого…
Да чтоб оно провалилось все!
Какое мне дело до нее⁈ Эта женщина меня предала, вытерла об меня ноги! Может хоть… да хоть под забором ближайшим сдохнуть и…
В воздухе пронеслось несколько огненных всполохов, которые я не смог удержать, и Лира горячо проговорила:
— Я тебя так понимаю! Это в самом деле возмутительно и явно заслуживает увольнения.
Такая женщина не должна управлять твоим домом, потому что…
— Тихо, — перебил я и задвинул Лиру себе за спину.
Тот звук, который раздавался из-за закрытой двери гостиной и изначально привлек мое внимание, повторился.
Я думал, мне это почудилось, как почудился запах свечей, и корицы, и золы, которой когда-то мыли здесь пол, но, судя по всему, этот звук был настоящим.
— Держись подальше.
— Кориан!
Быстрым шагом подойдя к двери, я сунул шкатулку подмышку, дернул на себя дверь — чтоб его, закрыто. С той стороны заскулили и заскреблись активнее. Что за… Эта тварь давно должна была…
Дернув ручку сильнее, я наконец открыл дверь в гостиную.
В этот же момент дверь особняка тоже распахнулась, и перепуганная Алиса воскликнула:
— Нет!
Ее тут только не хватало! Еще и со своим ублюдком на руках!
Остановив ее жестом, я вгляделся в темноту комнаты.
Оттуда в ответ в меня вгляделись огромные желтые глаза. Это еще что за…
Челюсть сама собой отвисла, и зверь, которая прятался в тенях, приблизился. Подняв брови, я вглядывался в огромную фигуру, в косматую черную шерсть, которая, кажется, стала еще длиннее с нашей последней встречи. Клыки в открытой пасти тоже выглядели весьма впечатляющими.
Откуда он здесь… Откуда этот здесь взялся?
Я думал, этот зверь мертв уже лет двадцать как.
Он должен был быть мертв.
В тишине раздался низкий утробный звук — рычание. Зверь угрожающе наклонил голову и приблизился ко мне еще немного, глядя исподлобья так, как будто готов был набросится.
Серьезно? А ты берега не попутал, а?
— Ты. На кого. Рычишь? — раздельно произнес я, глядя в наполненные яростью желтые глаза.
