Если тебе что-то не понятно, так и скажи, но по делу, в котором смыслишь лучше меня. Усек?
Бурелом опешил от прямого и напористого тона Примы, но, помявшись немного, решил все же пойти на попятную. Понял, что тот прав на все сто, и сказал уже более спокойным тоном:
– Ладно, не серчай, нервишки правда шалят не в пургу. Вялый своей выходкой выкосил до конца. Давайте разбирайтесь, что тут к чему, да двинем дальше, – отойдя на пару метров назад, Бурелом начал всматриваться в лесную чащобу.
Дождь мешал обзору, но не настолько, чтобы не замечать подозрительного движения среди деревьев. Шкалик с Примой, наскоро посовещавшись, повернулись к нему.
– Мы думаем, что стоит попробовать догнать этих «неуловимых мстителей», далеко в такую погоду они уйти не могли, да и следы в слякоти не скрыть никак.
– Хорошо, – повернувшись к остальным, Бурелом скомандовал: – Разбиться на пары, двигаем по следам, всем быть начеку, возможно, скоро встретим нашу цель. Стрелять во все, что только будет шевелиться.
Пошли!
Прикрывая друг друга, группа спешно двинулась по следам человека и зверя. Отпечатки, уходящие вглубь чащи, петляли между аномалиями и буераками. Почву сильно пропитала влага, и цепочка следов была видна отчетливо. Настроение Бурелома начало улучшаться: «Глядишь, и не придется бегать за этими призраками по всей Зоне. Вальнуть обоих без зазрения – и в обратку, а там босс уже готовится к передаче дел и близкой пенсии. Вступить в свои права, поставить всех в согнутую позу и поиметь так, чтобы больше никто не мог ничего предъявить, вот как сейчас Прима.
Он, конечно, прав, но я командир и мне решать, кому куда идти, и даже кому жить, а кому нет! – самолюбие Бурелома заиграло с новой силой. – Только выведите меня на этих уродов, а я уж с ними разберусь, да так, что вовек никому повадно не будет!».
Через пятьсот метров Прима со Шкаликом опять остановились и начали о чем-то ожесточенно спорить.
Бурелом приблизился, Шкалик вытянул руку и показал на землю. Проследив за жестом, Бурелом опешил: отпечатки доходили до этого места и резко обрывались, словно оставившие их внезапно воспарили в воздух, да так быстро, что даже инверсионного следа не оставили… Шкалик в запале обежал полянку в радиусе двадцати метров, но дальнейших отпечатков человека и зверя не нашел нигде. Тут уж Бурелом окончательно растерялся и не знал, что предпринять.
