Ну, или зашвырнет ее черт знает куда! Ты готов к этому, профессор?!
Его тон и слова обескуражили ученого, заставили его сжаться и задрожать. Спина взмокла, руки затряслись, подбородок с клочками бородки заходил ходуном. Лицо побледнело.
– Я… я-а нет… не буду… зачем? Я…
– …Часы «Заря»! Кишка тонка, да, Синцов? Ха. Но мы уже пришли, – Черный Сталкер указал профессору на высокий треугольный проем в стене. – Тебе сюда. А мы тут пока с Мещеряковым поговорим по душам про жизнь и жизнь после смерти…
И он, многозначно глядя на скукожившегося ученого, заразительно захохотал.
* * *– Что это?.. Как?.. Галлюцинации?
Синцов стоял посреди огромного зала с теряющимся в недосягаемой высоте потолком. Под ногами сверкал переливами почти прозрачный кристаллический пол. Перехватило дыхание от напряжения и чистоты прохладного воздуха. Он ощущал сейчас себя микроскопической песчинкой на бескрайних просторах Мироздания, настолько мизерной и ничтожной, что даже не помышлял более ни о чем. И был обескуражен, смят, поражен увиденным.
– Здравствуй, отец… – стоящая рядом с рослым сталкером Лиза смахнула легким движением набежавшую слезу. – Тебе не чудится, это действительно я – твоя старшая дочь.
– Но как?.. – большего вымолвить профессор не смог.
– Обыкновенно. Уж не тебе, научному светилу, рассказывать, как, бывает, переплетаются нити судьбы обыкновенных, казалось бы, людей. Но в данном случае ответ прост: всему виной твоя научная деятельность. А еще выбор Той, к Которой ты стремился едва ли не всю свою сознательную жизнь.
Я говорю сейчас об Армаде. Да, это Она так распорядилась, что я стала Стражем. И уже давно, еще тогда, когда ты только начинал свою работу по созданию проекта «Око». Сначала я просто рискнула и долго безрезультатно искала пропавшего в недрах Зоны отца. Много воды утекло, на многие смерти пришлось насмотреться, видеть беду людей и их нечастые радости. Даже маму Злата похоронила без меня… Да, она получила большую дозу радиации еще при Первой Вспышке. Прожила еще несколько лет и тихо, в одну из ночей, когда с горестью вспоминала тебя, ушла от нас… А ты за все эти годы, занятый своими фанатичными исследованиями и опытами, так и не вспомнил о ней по-настоящему… Ведь так?
Синцов упал на колени и опустил на грудь голову.
– Так… Но ведь я…
– Ты?! Ты забыл самый главный принцип для человека! – Лиза повысила голос. – Ты забыл о своей КРОВИ! О близких тебе людях. О тех, кто видел в тебе надежду и опору! Крепкое мужское плечо.
