Мой уже сопел, распластав детскую щечку на подушке. Я накрыла его покрывалом и уселась в кресло.
— Да они там что? Уснули в обнимку?! — не выдержал женский голос сверху.
— Все может быть, — вздохнул мечтательно мужской.
— Нет! — послышался раздраженный женский голос из ванной. — Наша любовница не такая! Она ответственная!
И снова все стихло. Прошло еще пятнадцать минут тишины, прерываемой вздохами.
— А вдруг он умер, а она прячет труп? — предположил женский голос. — Ну, прямо в процессе? У меня, между прочим, первый муж так умер!
— Сплюнь! — яростно зашипели мы все, терпеливо ожидая.
— Может, я схожу, проверю? — поинтересовался женский голос за стенкой.
— Ага, и присоединюсь! — произнес мужской голос. — Сиди, где сидишь! Как говорят люди, лучше синица в руках, чем журавль в небе!
— Синица — маленькая. А вот журавль… Журавль, он большой, — вздохнул женский голос.
— Да они там что! Всю Камасутру решили освоить! — вмешался старческий голос.
— Ой, молчите, мам! — огрызнулся женский, разобиженный.
— Мы с дедушкой и то до половины добрались, а потом застряли! — вздохнула старуха. — В прямом смысле! Так ты появилась на свет! Мы, вальсируя, до доктора дошли. Цены увидели, тут же все прошло! Хорошо, что больницах висят возле двери огромные ценники. Мигом все проходит! Враз!
Все снова помолчали.
— Потом, здоровье уже не то было, — закончила старуха.
Ну сколько можно, серьезно!
— Это вообще-то наша любовница! Свою заведите! — ругались за стенкой ванной.
Глава тринадцатая. А мамой украшают кабинет
Глава тринадцатая. А мамой украшают кабинет
— Это вообще-то наша любовница! Свою заведите! — ругались за стенкой.
И тут в коридоре послышались шаги. Кто-то шел на шпильках. Ректор Академии Зла вряд ли ходил на шпильках. Разве что в нерабочее время. Перед зеркалом.
Дверь открылась и послышались нетерпеливые голоса: «Ну что там!».
— Вернулась!!! — радостно заорал кто-то, и все тут же стали прислушиваться. Мое ухо напоминало вантуз, прилипший к стенке ванной.
— Ничего, — послышался голос любовницы. — Ну мужик очень даже… Рекомендую! Принимать внутрь три — четыре раза в неделю. До еды, после еды и перед сном.
— Шлюпка! — разочарованно забухтели родители, продолжая работать дедовскими способами: кровавая жертва, спиритизм и вызов еще более древнего зла, чем демоны!
Мама лежала в кресле. У мамы то лапы ломило, то хвост отваливался. Но мама думала, как можно раздобыть домашнее задание.
