— Я женат! У меня двое детей! И мы собираем их в Академию! Только души кончились еще на тетрадях! Вы цены видели? Это же грабеж!"
"— Ну тогда еще лучше! Вы цены на мясо видели? Вот это грабеж! Спасибо огромное, а то я за мясом заходить собиралась! Хотела мяса купить, чтобы к ужину что-то приготовить. И тут ты так вовремя! — умилилась я, глядя на потуги воришки вырваться. — Будет из чего суп сварить!
Я внимательно посмотрела на его руку.
— Ты, добрая и отзывчивая милаха! А ну быстро пустила меня! — возмущался демон, дергаясь, пока сумка держала его руку в огромной пасти.
— Я вас, между прочим, не обзывала, — обиделась я, глядя на то, как рука погружается в сумку все ближе и ближе!
— Мам, помоги дяде демону! Ты же видишь, как ему плохо! Ему тяжело, — запереживал мой сын, глядя на руку, которая уже исчезла в сумочке почти по самое плечо.
— Найдешь мою помаду «Кровавый поцелуй», скажешь! — усмехнулась я, видя, как демон все еще борется за свободу. — Я ее в том году потеряла! Странно, а потом спрашивают, почему в женской сумочке такой бардак! А вот почему!
— Мам, ну ему тяжело, — взмолился мой сыночек.
— Хорошо, хорошо, — улыбнулась я. — Я помогу ему! Сейчас ему станет легко!
Я стала пытаться помочь высвободить руку. Когда она вылезла, от демона уже и след простыл.
— Вот теперь ему легко-легко, — вздохнула я, рассматривая чужой кошелек, который стащила во время операции по освобождению. — Тю! Так мало? Три души? Всего-то? Ну ладно! Тоже пригодится!
— Мама у меня самая лучшая, — вздохнул сынок, повиснув на моей руке.
— Я хочу помогать людям!
На нас покосилась семейка демонов, проходящая мимо со стопкой тетрадей и комплексом неполноценности.
— Помогать людям УМИРАТЬ?! — громко обрадовалась я, провожая семейку взглядом. — О, да ты просто исчадье! Помогать людям умирать — это хорошо!
Мы направлялись в сторону огромного и очень дорогого магазина «Всяческие гадости». Там было все, что может помочь ребенку стать гадким и мерзким. В Академии без этого никуда!
— Чем могу вам нагадить? — коварно спросил молодой продавец, как только прозвонил звоночек.
В магазине толпился народ. Мы подошли к бронированной заклинаниями витрине, рассматривая всякие гадости, которые так любят делать дети друг другу. Это был один из самых дорогих магазинов, которые только были в аду. И пол в нем мыли детскими слезами, пролитыми после крика: «Мама! Купи!». И слезами родителей, которые отдавали последние души, чтобы утащить отсюда ребенка.
