А чтобы я не отлынивала от своих основных обязанностей, рядом постоянно находился ректор. А может, просто приглядывал за мной. Обычно я чувствовала только его взгляд, но иногда видела и самого Фаранара.
И стоило ему появиться рядом, каждый раз я испытывала волнение, каждый раз словно расцветала. Хотя меня и мучили угрызения совести, ведь я начала обряд соединения со своей половинкой, моей наградой и утешением.
– Ариадна, что ты застыла? – окликнул меня Леон.
С Леоном и другими членами моей команды мы занимались украшением парадного холла.
– Задумалась. Впереди много волнующих событий: соревнования, бал…
– Ты уже решила, с кем пойдешь? – с любопытством посмотрела на меня Мирана.
– Нет еще, – засмущалась я.
На самом деле у меня был план. Праздник Благоденствия всегда обладал особенной магией, и я рассчитывала, что она поможет мне найти мою пару. Надо бы выбраться в библиотеку и почитать об этом.
– Вы что же, не замечаете? – хмыкнул Магус. – Наша создательница влюбилась. Встретила свою половинку и молчит.
Вон как глаза горят, да и все время в мечтах.
– Это не ваше дело, – пробормотала я, окончательно смутившись, и принялась прикреплять к окну новую гирлянду из искорок.
– Вот это ты зря, – не согласилась Ката. – У создателя, который нашел свою половинку, раскрывается талант. Именно в это время он может создать нечто невозможное и немыслимо прекрасное."
"– Вы серьезно? – удивилась я.
– Конечно! – нахмурился Леон. – Поэтому такое твое состояние нам только на руку.
– Но все-таки интересно, кто он, – хихикнула Мирана.
При мысли, что кто-то узнает о моем интересе к Фаранару, меня мгновенно охватил ужас, сама не понимаю почему, и я ляпнула:
– Я очень давно знаю этого человека, но только в последнее время мы начали общаться ближе. Так что я пока точно не знаю, кто он на самом деле для меня. Но признаюсь, я влюблена.
И так тепло стало в груди.
– Вот и используй это во благо нам всем, – хмыкнул Леон.
Я не нашлась, что ответить на его беспардонное заявление, и лишь покачала головой.
Моя команда вернулась к украшению академии, а я невзначай посмотрела в сторону коридора и вздрогнула: на нас смотрел Фаранар, и взгляд у него был страшный, безумный. А потом ректор развернулся и направился прочь.
В этом было что-то неправильное, и мне захотелось броситься за ним вслед и остановить, прижать к себе и успокоить.
Кто же знал, что в скором времени подобная возможность представится – правда, не мне, а ему.
