– И, конечно, есть объяснение, что наш глава академии называет тебя по имени? Значит, слухи не врут – вы и правда связанные, – сел недалеко от меня бывший друг, ближе клетка его не подпускала.
Мы с ним болтали как в старые добрые времена, а супруг сверлил нас обеспокоенным взглядом, но пока молчал.
– Конечно, а ты, видимо, не поверил, – горько усмехнулась я.
– Ты достойна лучшего. Это не из-за него ты, случаем, несколько декад ходила так, словно из тебя душу вынули?
– Ты… – прошипел Ниркор, но я подняла руку, останавливая его.
А потолок все кружился и расплывался, когда я ответила:
– Тяжелее мне было, когда я узнала, что мой лучший друг – сумасшедший убийца.
– Не называй меня так! Я за чистоту крови создателей, за их дар. Я ведь рассказывал тебе! – неожиданно рыкнул Шар.
– Нет, – вскинулась я. – Ты кромсаешь создателей на куски! Я очень хорошо помню, что ты рассказывал, и я была у плетельщиков. Ты потомок проклятого рода, вы все заражены бездной. А теперь ты хочешь привести ее в нашу реальность.
– Она и раньше здесь была, – вдруг как-то устало сообщил Каси. – Тогда, в древние времена, она рука об руку шла с создателями, как сейчас пустота, и было гораздо меньше работы: миры лучше развивались, и над каждым из них так, как сейчас, не тряслись.
– Но создатели сдерживали ее и думали, что могут это делать и дальше, а потом она вышла из-под контроля, и полилась кровь, – добавил Фаранар. – Бездну нельзя трогать: она там, где ничего нет и никогда не будет, пусть там и остается.
– Что ты понимаешь? Ты молод. Мой отец был другом Агара, создателя, который первым убил. Он был против пленения бездны, а потом – против принятия в академию выродков, которые рождались с силами, но не были потомками создателей.
– Они сами были создателями! – возмутилась я.
– Нет, они были ошибками. Раньше бездна зачищала таких, ибо у них не было за спиной наследственной памяти – огромной мощи, которая подпитывает роды и идет от предков. Они не были потомками первых создателей, самых сильных и талантливых.
Именно их создания – слабые звенья во времени. Разве твой супруг не говорил тебе об этом?
А мне было все равно.
– Создатель – это тот, кто дарит жизнь, и они заслуживают так называться гораздо больше тебя. Сейчас на алтаре лежит Сера, наша одногруппница, а ты собрался порубить ее на куски и забрать кровь.
– Мне жаль, что ты такого мнения обо мне, – скривился Шар.
– А почему на этом алтаре не я? – задала я мучающий меня вопрос.
