Именно с ней в паре я должен был участвовать в телевизионном шоу «Ледяные танцы», в котором звезды выходят на лед с известными фигуристами. Но мы так и не успели снять ни одного эпизода, потому что продюсер шоу заявил, что мы должны поднять рейтинги. И не своими успехами на льду, как вы наверняка подумали, а любовной историей. Не такой милой и романтичной, как в любовных романах, а грязной, чтобы эти шакалы с фотоаппаратами смогли заснять нас во время секса на заправке или минета в самолете.
Омерзительно.
Так что я послал его куда подальше, взял Эбби в охапку и унес подальше от всего этого дерьма шоу-бизнеса, ведь, несмотря на дьявольский характер, Эбигейл – самый искренний и честный человек в моей жизни. Она умеет слушать, классно шутит и всегда скажет нужные слова.
Хотя так было не всегда. В первую же нашу встречу я едва не сбил ее на «Феррари», а потом поплатился за это трехчасовым катанием своего лица по льду.
Да, было и такое.
Но с тех пор наши отношения сильно изменились в лучшую сторону, потому что я осознал, что с Эбигейл лучше быть друзьями, нежели вариться в горячем котле где-нибудь на кругах ада.
Подхожу к ней ближе и прислоняюсь задницей к столу.
– Я скучал.
Эбби перестает жевать виноград и удивленно смотрит на меня своими широко распахнутыми глазами.
Дерьмо.
Наверное, решила, что я к ней подкатываю.
Я труп.
Мне дороги мои яйца, так что я издаю стон и тут же исправляюсь:
– О нет, нет! Не в том смысле.
– Провожу рукой по волосам. – Дьявол. Извини. Мне просто нравится, что рядом с тобой я могу быть самим собой. Я рад, что ты здесь.
– Извини, Морган, но не могу сказать того же о себе. Это место просто отвратительное.
– Это потому, что ты трезвая, – фыркаю. – Нужна всего одна бутылка виски, и этот клуб будет крутиться перед глазами, словно диско-шар под потолком. – К концу предложения я грустно усмехаюсь, но на самом деле смешного мало.
Шоу-бизнес – одна большая клоака, в которой ты плаваешь как огромный, никому не нужный кусок дерьма.
Весь круг моего общения состоит из людей, которым выгодно со мной «дружить». Из-за денег, популярности, секса. Продюсеры хотят от меня лишь денег, и если вдруг я перестану приносить им доход, то меня просто выбросят, как тухлые яйца. Продажные папарацци готовы пробраться ко мне в туалет, чтобы снять сенсационное видео, как я отливаю, и разбогатеть на нем.
