Крепче прижимаю папку со всеми своими проектами и рекомендациями и следую за девушкой. Мы проходим через просторный зал с интерьером в стиле фьюжн и направляемся к столикам у окна, через которое можно полюбоваться открывающимся видом на голубой океан, ослепляющий своими мерцающими от солнечных бликов волнами.
Девушка останавливается у небольшого квадратного столика из дерева цвета «орех», освещенного низко висящей люстрой с бежевым абажуром. На одном из стульев, спиной ко мне, сидит парень с каштановыми растрепанными волосами.
На нем черная футболка, из-под которой виднеются цветные татуировки, тянущиеся вдоль шеи. Он сидит, облокотившись на стол, и я замечаю, что его мускулистые руки тоже покрыты рисунками. Обхожу стоящее у столика светящееся белыми огоньками дерево и, широко улыбаясь, произношу:
– Прошу простить за опоздание, никак не привыкну к местному трафику.
Господи, если я получу этот проект, то клянусь начать посещать церковную службу по воскресеньям.
Парень поднимает голову и удивленно смотрит на меня глазами цвета ярчайшего изумруда.
Мой рот приоткрывается, а сердце начинает бешено колотиться в груди.
Святые угодники!
Нет, нет, нет!
Господи, забудь, слышишь?! К черту воскресную службу!
Это же мираж?
Несколько раз моргаю, надеясь, что татуированный брюнет, как Камило Мадригаль в мультфильме «Энканто», вот-вот сменит образ на другого человека, но ничего не происходит.
Это и в самом деле тот красавчик, с которым я дважды переспала этой ночью.
Как меня угораздило из тысячи парней в клубе выбрать его?
Я же говорила, что я победитель по жизни.
Вот видите – я не лгала!
Это ж как я была пьяна, раз не узнала Тиджея Моргана?!
Боже, с этого дня я в завязке. Никакого спиртного!
– Я, пожалуй, пойду, – едва слышно произношу я, все еще пытаясь осознать то, что все происходящее реально.
– Эй, эй. Погоди, – Тиджей поднимается со стула и хватает меня за руку. – Ты серьезно готова вот так просто уйти? И все из-за того, что прошлой ночью мы обменялись парочкой оргазмов?
– Ты можешь говорить тише? – шепчу я, озираясь по сторонам, хоть до нас никому и так нет дела.
– Ты предпочитаешь не говорить об оргазмах в целом или только о тех оргазмах, до которых тебя довел я? – еще громче говорит придурок.
Урод!
Пристально смотрю на дерзкую улыбку на его губах, проклиная саму себя за то, что не могу лишь одним взглядом превратить этого альфача в пепел, а затем вырываю из его хватки руку:
– Знаешь, я, кажется, поняла, кого ты мне напоминаешь.
